Где у тебя историческая родина? В Бельцах?
– Да не стану я про вас писать, – добродушно сказал Богдан. – У меня задачи другие. И ссориться с вами я не хочу. Вы мне нравитесь.
– Я всем нравлюсь, – отрезала Ксения, – не тебе одному. Мне бы только понять, где он, а там…
Тут вдруг она замолчала, у неё стало такое лицо, как будто она сболтнула лишнего.
Все это заметили.
– Ну? – спросил Богдан, поднимаясь. – На берег? Старинные храмы, покосившиеся стены? Вы позволите вас сопровождать?
– Иди. Ты. К черту, – отчеканила Ксения.
– Никаких ухаживаний, ты понял?! Если я тут одна, это не значит, что я стану с тобой… любиться!
И вышла из салона.
«Какое интересное слово, – подумала Таша, допивая кофе, – любиться!»
Саша фыркнул и покрутил головой так, что взметнулись его тщательно уложенные локоны.
– Ты что, бро?[1] – спросил он Богдана весело. – Очумел? Или тебя укачало? Ты за ней ухаживать, что ли, собрался? Ты знаешь, сколько она стоит?
– А ты знаешь?
– Я всё-о-о знаю, – засмеялся Саша.
– И зачем она здесь, и кто её послал, и за какие деньги она продаётся!
Он поднялся, потянулся всем телом и добавил:
– И кто Владика нашего за борт спихнул, знаю! И кто пуделя недоделанного выбросил, тоже знаю!.. Интересное плавание у нас впереди, тут скоро такое начнётся, закачаешься! Доплыть бы живыми.
Таша ложкой доела сахар со дна чашки и помчалась к себе в каюту.
Наверное, Наталья Павловна заждалась.
В Угличе было жарко и многолюдно, площади уставлены туристическими автобусами, улочки запружены весёлым народом.
Таша с Натальей Павловной шли в самой гуще толпы – Веллингтон Герцог Первый на руках и в страшном возбуждении, – и Таша изнывала от желания поделиться со спутницей наблюдениями. Но всё никак не удавалось. То Владимир Иванович, то Степан Петрович оказывались поблизости.
– Глядите, какая красота! – восклицал Степан Петрович и показывал рукой налево. Они поворачивались и смотрели.
– Какой вид! – отдуваясь, говорил Владимир Иванович и показывал рукой направо, они поворачивались и смотрели направо, а поговорить никак не могли.
Потом они потеряли экскурсовода, потому что забыли, который их – тот, что с зелёным флажком, или тот, что с красным зонтом.
Наконец пристроились к какому-то и вздохнули с облегчением – правильно пристроились, вокруг были знакомые по теплоходу лица. Все делали вид, что слушают, но никто не слушал.
Было жарко, и хотелось купаться в Волге и валяться на жёлтом песке.
