– Ну и что?
– Подозрительно это!
– С постов дамы вернулись?
– Так точно! – ответил Макаров. – В 4.00!
– Хорошо, я передам Крыму о твоих подозрениях, Витя! А сейчас, Бирюков, Шепель, Ким и Самойлов, приготовиться к выдвижению на позиции.
Майор и капитан вооружились переносными гранатометами «Муха», прапорщик проверил снайперские винтовки, старший лейтенант забросил свой автомат за спину и достал из кобуры пистолет.
В 8.27 на связь вновь вышел Крымов:
– Орион! Выводи огневую группу на позиции, часовые на верхнем и западном постах нейтрализованы.
Все действия по команде «Штурм»!
– Принял! Работа по команде «Штурм»!
Отключив станцию, Тимохин приказал:
– Бирюков, Шепель, Ким, Самойлов, на позиции! Быстро!
Офицеры скрылись в кустарнике.
Тимохин обернулся к Гарину и Макарову.
– За Самойловым вперед, ребята! Оттуда пойдем вниз.
В течение двух минут группа «Орион» рассредоточилась на вершине северного перевала.
Ровно в 8.30 радиостанция Тимохина издала сигнал вызова.
Александр ответил:
– Орион на связи!
– Внимание всем! Штурм! – приказал полковник Крымов.
Александр, переключив станцию, бросил в эфир:
– Орион, штурм!
Прапорщик Бирюков прицелился и нажал на спусковой крючок бесшумной снайперской винтовки «Винторез». Раздался хлопок, и боевик, беззаботно сидевший, облокотившись о валун, рухнул на каменистый грунт. Отложив «Винторез», Бирюков взял в руки мощную «СВДС», поднес ее к плечу, направив ствол на дома сохранившейся части аула.
На улицах находились с десяток боевиков и столько же женщин-рабынь, когда огненные стрелы метнулись к зданиям. Прогремели четыре взрыва, и через минуту пятый. Это Шепель разнес в клочья спутниковую тарелку на крыше дома Зелимхана Дакаева. Разрывы, разрушившие четыре здания, подняли столбы пыли и дыма, которые окутали базу. Бирюков успел подстрелить бандита, но дальше вести огонь он не мог. Как не мог стрелять из пулемета и старший лейтенант Самойлов.
Задымлением местности воспользовались как спецназовцы, так и боевики. Спецы начали спуск, бандиты открыли беспорядочный огонь по склонам. Раздались женские вопли. Все смешалось. На полпути к развалинам Тимохина вызвал Самойлов:
– Первый, я – Седьмой!
– На связи! – ответил Александр. – Что у тебя?
– Вдоль ближнего ряда к крайнему дому рванула группа боевиков, точную ее численность установить не удалось.
