Суетливое и напряженное плавание, что каждый день оканчивалось безпохмельной дружеской попойкой, танцами до упада и обжиранием неведомыми плодами и неведомым мясом.
Война…
О, она имела место быть и так же шла своим чередом. Но на флангах и в глубоком тылу. Армада Неспящих на данный момент состояла из огромнейшего числа кораблей. Я как-то взялся считать, но сбился на четвертой сотне, а ведь я видел лишь наше ближайшее окружение. За нами следом шло множество боевых кораблей, не выпускающих массивную корму Королевы из вида.
Там же медленно тащились грузовые суда с забитыми до отказа трюмами. Они постоянно отставали, их приходилось «подстегивать» нарочито вызванными ветрами, толчками призванных волн, буксирами из-под воды, но тихоходы продолжали скатываться назад. Дошло до того, что на последней ночной стоянке немалая часть грузовых и союзных кораблей отдыхали не на нашем «пунктирном» острове, а на втором и третьем, если считать от нас. Попросту не успели до нас добраться. Запаса времени и возможности хода не хватило.
Учитывая постоянные поломки и происшествия — ситуация усугублялась. Флот растягивался, из мощного ядра превратившись в этакую толстую сардельку, что собиралась вытянуться в более длинную и тонкую сосиску. И наш задний и сочный «хвостик сардельки» уже начали грызть голодные преследователи. Еще бы — выглядит аппетитно, беззащитно и так далее. Грех не откусить кусочек.
Чаще всего нападения происходили в утреннее время, когда армада снималась с якорей и начинала набирать ход.
В тот миг и появлялись вражеские рейдеры, наплевавшие на полноценный ночной отдых и вышедшие в открытые воды раньше нас и успевшие преодолеть десяток другой морских миль. Рейдеры уничтожались, но они тоже были не лыком шиты и порой успевали отправить ко дну несколько шхун и бригантин.
Но все проделки рейдерских групп меркли перед подлянками подкидываемыми Бессмертными — а именно на них грешил я в первую очередь. Кто еще может послать нам на встречу такой апперкот?
Шторм. Встречный воющий шторм с разъяренно ревущими пенными валами воды.
Это случилось на второй день после ланча и обеденной охоты на монстров. Небо вдруг потемнело, поднялся ветер, запахло грозой. А затем ветер перерос в бурю, его порывы были настолько сильны, что валили с ног. В водной стихии так же творился форменный ужас — будто включили грязевой насос, что взбаламутил всю воду, закрутил ее в подводный смерч."
"И через это безобразие армаде прошлось прорываться силой.
