— Я тебя не вгоняю в крайность, я учу тебя жить.
Едва Ваня взялся за стопку, к ним подлетел Валет и, склонившись над Ванькиным ухом, проблеял слащаво и тонко:
— Ива-а-анушка, не пей… не пей, Иванушка…
— Валя, пошел вон отсюда, — рыкнул Шаурин."
"Но Валет и не подумал исчезнуть, наоборот, приобняв Ивана и Алёну за плечи, решил полюбопытствовать:
— Зайки, а я не понял, а чё это вы тут бухаете на двоих? Все танцуют, а они бухают… У вас брудершафт, что ли, намечается?
— Слава богу, уже нет, — ответил Шаур.
Алёна поманила Бардина пальцем и что-то прошептала ему, когда тот послушно пригнулся.
— Понял, — посерьезнел он и отошел.
— Что ты ему сказала?
— Правду.
— Какую?
— Не скажу.
Шаурин насыпал соль между большим и указательным пальцем, взял рюмку, и скомандовал:
— Поехали.
— Чин-чин, — слизнула соль со своей руки и с некоторой даже излишней ловкостью опрокинула рюмку с мексиканской водкой. Зажмурилась на секунду и потянулась за ломтиком лайма.
— Обойдемся. — Притянул Алёну к себе и крепко поцеловал.
Поцелуй получился быстрый, Ваня лишь ненадолго, но жестко прижался к ее мягкому рту и отпустил.
— Господи, как, оказывается, это вкусно, — вздохнув, Алёнка облизнула губы и очаровательно улыбнулась. — Я, конечно, про текилу… — Но блестящие глаза говорили, что точно она не про текилу.
— А я тебе о чем. Ты же могла сама позвонить. И как-то выразить свое желание меня увидеть. Да?
— Да, могла. Очень могла, — загадочно улыбаясь, подтвердила.
— Так почему не позвонила?
Чуть пригнувшись к Шаурину, внушительно проговорила, четко выделяя каждое слово:
— Не хотела мешать тебе охотиться.
Ваня ответил коротким смешком. Она заправила за ухо выбившийся локон и откинула волосы с плеча.
— Хочу еще. — Немедля насыпала щепотку соли на руку и, глядя на него глазами полными иронии и смеха, подняла вторую стопку:
— Поехали.
— Чин-чин.
На этот раз, выпив, Алёна потянулась не за лаймом, а крепко и напористо поцеловала Ваньку в губы. Потом, отстранившись, проговорила ему на ухо:
— Сработала твоя схема, Шаурин.
Я по тебе соскучилась. Ты чувствуешь?
Не стал отвечать. Положил ладонь на ее затылок и, притянув к себе, снова поцеловал.
Это был другой поцелуй. Не просто напористое соприкосновение губ. Они целовались по-настоящему. Как изголодавшиеся друг по другу влюбленные. Пока с губ не исчез горький привкус текилы. Пока сладкий вкус поцелуя не стер с языка привкус соли. И оторвались только тогда, когда почувствовали вкус друг друга.
