Книга предоставлена группой в контакте “Ольга Горовая и другие авторы журнала САМИЗДАТ”
http://vk.com/olgagorovai
(Ксения Авдашкина)
ГЛАВА 21
Алёна глянула на часы. Почти два ночи."
"Не думала, что так задержится. Не заметила, как засиделась. Расслабилась, разговорившись с друзьями, тем более разговоры все такие не напрягающие, в стиле «хороша я, хороша». О чем еще могут говорить бывшие одногруппники, встречающиеся раз в год?
Сама она, как обычно, обходилась кругленькими неопределенными фразами. Хвастаться нечем, у нее из года в год ничего не менялось.
Ну, в том смысле, что «замуж за олигарха не вышла», детей не родила, а распространяться о профессиональных достижениях нет никакого смысла. Это не интересно. Да и не привыкла она. Те, кто остался в профессии, и так о них знают, о ее достижениях.
А сейчас что-то рассказывать вообще не с руки, учитывая, что пару дней назад Лейбу уволили. Правда Ваня все уладил. Ей действительно позвонили и, что самое смешное, так и сказали: случилось досадное недоразумение.
Вот так недоразумение! Директор центра решил пристроить свою любовницу, и именно ее место оказалось самым удобным. Бывает же такое.
Алёна, будучи погруженная в личные проблемы, не заметила этой интриги. Ничего не видела и никого не слышала. А раньше бы сразу почувствовала, что тучи сгущаются. У нее всегда с начальством были натянутые отношения. Мало лебезила. Никак не могла овладеть этим искусством в совершенстве. Всегда по глупости своей считала, что достаточно выполнять работу на «отлично», не касаясь грани личного.
Зато после звонка Шаурина обстановка круто изменилась. Все стали вежливые до тошноты. Никаких угроз и ультиматумов. В понедельник ее ждут с распростертыми объятиями.
Сначала задумалась: стоит ли возвращаться после такого инцидента. А потом решила: пусть катятся в преисподнюю! Это ее место. И она будет там работать. Хочется им «личного»? Пусть подавятся.
Вспомнив последний разговор с Ванькой, Алёна мысленно заволновалась. Хоть и прошлась по горячим углям, но на душе стало спокойнее.
Еще бы Ваня сам с собой договорился, и было бы вообще хорошо. Одно она точно знала: если бы Шаурин хотел сказать «прощай», то не стал бы ждать три недели. И одного дня не стал бы ждать.
Ее усталый рассеянный взгляд скользнул по залу. Сто лет не была в подобных развлекательных заведениях. Как-то в последнее время все по тихим ресторанам ходила, а не по шумным ночным клубам. Казалось, если сейчас музыка утихнет, в висках все равно будут стучать басы.
