Я метался, пока не услышал короткий стук в дверь. К этому моменту мое сердце делало триста ударов в секунду. Последние минуты я буквально слышал.
Он пришел. Секунда в секунду. Как и сказал. Я распахнул дверь, она не была заперта.
Подтянутый, в одном из тех костюмов, который я видел вчера у него в шкафу на вешалке. Мигом позабыв обо всем, о чем обещал себе (в первую очередь не трогать его), схватил Генри и затащив в свою берлогу, прижал лопатками к стене. Обнимал его, шептал какую-то чушь ему в ухо, срывал дурацкий пиджак.
– Чтобы я ни сделал, скажи мне, – беспомощно и умолял, и хрипел в его шею, осыпал его кожу поцелуями.
Крыша у меня поехала окончательно. Еще и потому, что сиреневые глаза снова наблюдали за мной. Генри не мешал мне встречать себя таким образом.
– Я исправлюсь. Генри, только не молчи. Прошу тебя. Почему ты решил исчезнуть? Что я натворил? Или у тебя что-то случилось? Скажи, мы подумаем, как быть. Генри!
Я услышал в ответ только одно. Это было произнесено совершенно глухим голосом:
– Нам действительно надо поговорить.
Бывший спасатель отстранился и прошел вглубь моего номера.
Глава 14
Ему стоило лишь оттолкнуть меня, чтобы я сразу протрезвел.
– Генри, послушай. Ты… может быть, ты голоден?
На самом деле я подготовился к его приходу, ждал. На столике, у которого стояло два кресла, все разложил. Заходил в ресторан, где заказал жаренную рыбу в фольге, картофель, вино. И не забыл про воду без газа.
– Я не знаю, что ты любишь. Взял традиционные блюда для этих мест.
Я понимаю, ты можешь не любить это, хоть и родился здесь.
Я что-то болтал несусветное, поэтому не расслышал короткую и очень важную поправку от него:
– Нет, я родился не здесь.
Вполне может быть, если бы я услышал его, то многое могло бы быть по-другому. Я не услышал. В моих ушах вибрировал пульс – я даже с трудом концентрировался. День был сумасшедшим. Как и все связанное с ним, это я тоже переживал впервые в своей жизни.
– Садись. Тебе необходимо отдохнуть.
Генри остался стоять на своем месте. Тем самым заставил меня притормозить и обратить на себя внимание. Как только я это сделал, он очень тихо заговорил:
– Утром я нашел у себя в квартире деньги. Ты заплатил мне за секс?
Убили искры обиды в сиреневых глазах. Я хотел многого, но уж точно не этого. Почему он так решил?!
– Нет! Нет. Ты что? – двинулся к нему, Генри остался в том же положении. Я вовремя осознал, что лучше его пока не трогать. Замер.
