Еще вчера заметил, что Генри либо молчит, либо приказывает, либо расспрашивает о собеседнике. Или это только со мной так?
– Ты здорово играл, кстати.
– Спасибо. Это входит в мои служебные обязанности.
– Хорошо играть?
Он шел рядом со мной, оставлял на песке следы, по которым я нашел его.
– Победить, – ответил Генри так беззаботно, как будто это было единственной задачей в его жизни.
Я вдруг решил задать вопрос:
– Послушай, я все хочу спросить. Ты красивый парень, целеустремленный. Как получилось, что к двадцати пяти годам у тебя не было отношений? Совсем?
Была секундная заминка.
Я повернул голову к нему, хотел что-то увидеть на его правильном лице без единого изъяна. Может быть ожидал, что короткие, прямые брови надавят на ровный, умный лоб, создадут пару складок, испортив его? Или высокие скулы напрягутся? Как-то изменится линия аккуратных, правильных губ?
Думая о его губах, мне стало немного не по себе. Я еще не полностью остыл, и неугомонная фантазия снова дала о себе знать.
– Здесь нет загадки, – ответил Генри. Его безупречное лицо даже не дрогнуло, я так и не понял, почувствовал ли он хоть что-то из-за этого вопроса. – У меня не было времени на отношения. Я работал и учился. Так хотел мой отец.
– Он у тебя строгий? – вырвалось у меня.
Генри покосился на меня:
– Достаточно.
И как с ним говорить? Что ни вопрос – ответ всегда короткий, лаконичный. Никакой дополнительной информации!
Пока я молчал, он неожиданно тоже задал вопрос:
– Что случилось с твоим телефоном?
– Я… Я его уронил, экран треснул.
Да, не заморачивайся, придумаю что-нибудь. Не было времени этим заняться.
Мы уже достигли того места, где недавно проходили соревнования – пляж полностью опустел. Лишь несколько рабочих убирали площадку, а возле палатки дежурил кто-то из организаторов. Генри вдруг остановился, повернулся всем корпусом ко мне.
– Если ты хочешь без презерватива, – без стеснения сказал он, в который раз поразив меня своей смелостью и прямолинейностью, – я отвезу тебя к врачу, сдашь анализы.
Послезавтра у меня будет выходной. Не планируй ничего на утро, договорюсь и отвезу.
– А? Э… Хорошо.
Он не напугал меня. Ни в коему случае. Просто как обычно вышиб мне мозг. На этом он молча кивнул, развернулся лицом к отелю и продолжил путь на выход с пляжа. Я направился следом. Опять. У палатки нас остановил один из организаторов:
– Клим?
– Да.
– Здесь вам оставили кое-что, ваши друзья.
