Увидел четыре тела. Бородатый бандит — армейские ботинки, камуфляжные штаны а на груди брезентовая разгрузка, похожая на «чи-ком», типа тех, какие наши в Афгане использовали. Шея, лицо — все в кровище, а сверху поперек лежит дохлый шаркун, часть затылка отсутствует. У стены еще один, дырявая голова откинута, а вокруг нее и выше дырки от пуль в обоях.
В дверном проеме у балкона сидит четвертый, этот еще живой. Сделал баррикаду из стула, вцепился в FN FAL, молится и целит в перекресток. Про побелевшие костяшки это я, конечно, нафантазировал, но одна рука вся белая — криво перемотана бинтом.
Видать, покусали бедолагу."
"Подо мной скрипнула ступенька, или просто он по сторонам поглядывал иногда, но парень повернул голову. Взгляд уже мутный, может плывет от страха, понимая, что с ним станет, а может паразит уже активно шарит где-то по клеткам. Он еще только разворачивал «фал» на меня, цепляясь за дверной косяк, а я уже метнул томагавк. Заскочил в комнату, сместился с линии огня и целил в него из ТТ, если вдруг надо будет добивать.
Не понадобилось. С таким проникающим, да через сломанную ключицу обычно не живут.
Высвободил лезвия и сделал несколько контрольных замахов, добивая парня и бородатого. Оттащил зомби, чтобы добраться до разгрузки и аж подпрыгнул от радости. В руке бородатый сжимал «Ксюху» — укороченный семьдесят четвертый, замызганный, но с виду вполне рабочий.
Почти полный магазин, в подсумке еще три, но один из них пустой. Я осмотрел автомат, вроде должно работать, но проверка не помешает.
Выглянул с балкона и увидел подъезжающую техничку с пятью бойцами. Им метров сто до меня, а потом совсем чуть-чуть, чтобы добраться до мчсников и прижать их со стороны кафе.
Удостоверился, что меня не видели, затащил тело парня в комнату и затаился у балконной двери. Подождал, пока машина поравняется с домом, чуть пропустил вперед. И перегнувшись через перила, одиночными открыл огонь. Первым пулеметчика, вторым водителя, а дальше, уже как получится в кучно сидящих, ничего не успевших понять бойцов, только стараясь не угробить тачку.
Машина газанула, и виляя, врезалась в дом, никто оттуда так и не выбрался.
И бегом вниз, пока никто не появился. Подбежал к машине, вытащил тела, ножом посрезал разгрузки с тех, у кого были, собрал оружие и все закинул в багажник. Лобовуха треснула, в полу дырки, но машина все еще была на ходу.
Я вырулил к перекрестку и перед самым поворотом стал сигналить кричалку: «Спартак чемпион» — ту-ту, ту-ту-ту.
