— Значит, это не великая любовь, не знающая границ, — усмехается, закатывая глаза. И мне снова стыдно. — Тебе вот настолько нужны деньги? — прищуривается.
— При чём здесь деньги?
— Ну а зачем ты тогда с ним? У вас разница в возрасте лет двадцать? Не по любви, тогда ради денег. Есть еще варианты? — усмехается, но как-то просто, без язвительности.
— Есть еще варианты… — выдыхаю я и поднимаюсь с места. Правду я рассказать не могу. Уж лучше пусть думает, что я охотница за богатыми мужиками, чем считает меня убийцей.
— Я пойду."
"— Да ладно, не обижайся. Лев вряд ли сегодня придет домой, можешь спокойно гулять по дому. Киваю и все равно ухожу в комнату. Неловко. Я ощущаю себя инородной в этом доме.
Весь оставшийся день провожу в комнате. И последующий день тоже. Я словно заключённая по собственной воле. Могу выйти и делать все, что хочу, но не считаю, что вправе это делать. Галина шепнула, что Олег ночевал дома, но поздно приехал и рано уехал. Чему я в принципе рада. Первый секс дает мужчине право на постоянный доступ к телу.
А мое тело еще не готово. Совсем не готово. Оно в панике от очередной перспективы боли. К вечеру второго дня решаюсь выйти из добровольного заточения. Но только потому, что Лев так и не приехал, а Лиза уехала. Дом пуст, за исключением прислуги и охраны.
Брожу по дому, словно по музею. На втором этаже комната Лизы, Олега, моя и гостевые. Естественно, я не сую нос в чужие спальни, а просто прохожусь по коридору и смотрю в панорамное окно в своеобразном холле возле лестницы.
Спускаюсь вниз. Тут спальня Льва. Крыло с бассейном и спортзалом, гостиная. И та странная комната со своеобразной кушеткой. Дверь приоткрыта, комната для общего пользования, и я смело прохожу в нее. Щёлкаю выключателем, загорается лишь пара светильников на стене, как включить верхний свет – я не знаю. Прохожусь. Осматриваю необычное кресло или это софа, или кушетка… Провожу пальцами по коже. Ну хорошо, возможно, это прикольно, а ручки сбоку для чего? Просто для красоты?
— Нравится софа? Вздрагиваю от неожиданного голоса Литвина.
Оборачиваюсь, он стоит в дверях, облокотившись на косяк. Осматривает меня взглядом, который мне совсем не нравится. Он плотоядный.
— Нет, просто не понимаю её предназначение, — пожимаю плечами. — Или это просто для красоты?
— Нет, она функциональна. Я покажу, для чего она, немного позже, — и голос мне его тоже не нравится, он становится низким и хриплым. — Как дела? — интересуется Олег.
