Видно, что ему недостаточно, тесно, туго.
- Не сдерживайся, - прошу его шёпотом.
Он понимает меня и ускоряется. Болезненно сжимает мою ягодицу, толкается вглубь так сильно, что перед глазами всё искрит. По щекам текут слёзы, но я быстро успокаиваюсь. Не хочу, чтобы он думал, что является причиной этому. Я сама этого хотела. Больно, грубо, ненасытно, но хотела.
Неожиданно Давид отстраняется. Хочет перевернуть меня на четвереньки, но замечает кровь. У меня между ног, на постельном белье и на раскатанном по члену презервативе.
- Ты девственница, - не спрашивает, скорее утверждает.
Взгляд становится суровым и злым, но я совершенно не боюсь его гнева.
- Я счастлива, что ты стал моим первым мужчиной, Давид.
Глава 20.
***
- Я счастлива, что ты стал моим первым мужчиной, Давид.
Кажется, сам Юсупов моей радости не разделяет. Его губы плотно сжаты, на челюстях играют желваки. Он не собирался заходить со мной так далеко. Совсем никак не собирался.
Давид молча поднимается с постели и, не глядя на меня, направляется в ванную комнату.
Сдвигаю ноги вместе, сворачиваюсь в клубок. Понимаю, что, между нами, большая разница в возрасте, но хочу, чтобы Юсупов воспринимал меня иначе. Как взрослую женщину, способную отвечать за собственные поступки. Давида грызёт чувство вины, я знаю. Ведь я для него та самая маленькая принцесса из детского дома, которую он вместе с моим братом оберегал от хулиганов и задир.
За ту минуту, что Юсупов отсутствует, я успеваю себе всякого напридумывать.
Худший из вариантов, что он выставит меня из своей жизни вон.
Давид возвращается в комнату обмотав бёдра полотенцем. Волосы влажные, на лице непроницаемая маска безразличия.
- Поднимайся.
Послушно встаю с постели и следую за ним. Обнаженная, ступаю по кафельному полу ванной комнаты, опустив голову в пол. Вижу, как по ногам стекают алые струйки крови. Неловко сжимаю ноги и останавливаюсь, когда слышу шум воды.
Сашка рассказывала, что после её болезненного первого секса на белье не было ни капли крови.
Именно поэтому она постеснялась идти в полицию и заявлять на насильника, который перехватил её в подворотне. Мне не было настолько больно. Мне было хорошо с Давидом. Жаль, что он думает иначе.
- Ты хочешь, чтобы я искупалась? – спрашиваю у Юсупова, когда он открывает стеклянную дверцу душевой.
Следует кивок.
Переступаю бортики и оказываюсь под теплыми струями воды, которые моментально смывают кровь в сливе.
