Едва дверь за медсестрой закрывается, как я тут же поднимаюсь с кровати и, медленно передвигаясь по стеночке, направляюсь в уборную. Голова всё ещё кружится от слабости, от голода сводит желудок.
Два дня назад у нас с Давидом появился шанс на совместное будущее. Нам было так хорошо в уютном шале занимаясь сексом на коврике, в бассейне и в спальне, катаясь на лошадях, плавая на лодках, валяясь в гамаке и просто касаясь друг друга. Теперь этого шанса нет. Ничего нет и никогда не будет.
Если после развода я ещё тешила себя надеждами на то, что однажды увижу Давида, то после его смерти внутри меня всё выжжено дотла.
Там больше не осталось планов, мыслей, чувств. Остатки эмоций горьким пеплом разлетелись по организму. Сухо, пусто, всё равно...
В зеркало на меня смотрит чужая девушка. Уставшая от поражений и потерь, с потускневшими голубыми глазами и спутанными прядями светлых волос. На лице несколько синяков и два свежих шрама, которые на скорую руку зашили чёрными нитками.
Наверняка останутся уродливые отметки, которые возможно будет убрать только лазером, но мне них плевать. Ничего трогать не стану. Состояние моей души гораздо хуже внешности – оно будто исполосовано ножом. Болит, кровоточит, воспаляется...
Вернувшись в кровать, накрываюсь почти с головой, потому что меня знобит. Через несколько минут дверь в палату открывается и на пороге показывается Сашка.
Молча подходит к стулу, садится, выровняв спину, и смотрит на меня так жалостливо, что на глаза тут же просятся слёзы.
Впервые за всё время, когда я осознала чудовищность всей моей жизни, мне искреннее хочется, чтобы меня утешили и пожалели.
Сашка словно чувствует моё состояние. Пересаживается на кровать, гладит по волосам, обнимает.
- Ну-ну, малыш… Всё образуется, вот увидишь.
Её словам я ни капли не верю, но в данный момент они нужны мне как воздух."
"Если отмотать время назад и попытаться что-то исправить в отношениях с Давидом, я сделала бы всё точно так же.
Точно так же пришла бы к нему в спальню и попросила лишить невинности... Точно так же настаивала и верила в то, что в его мире криминала есть место любви, семье и крепким отношениям…
- У твоей палаты сидят два амбала, - произносит Сашка.
- Я знаю. Слышала голоса, но выходить не стала.
- Страшные такие, небритые, с оружием в кобуре.
- Это Руслан приставил, наверное.
Высвободившись из объятий подруги, падаю на подушку.
