Дистанция между нашими телами кончается, и мне приходится запрокинуть голову, чтобы смотреть в его глаза. Я вижу, что Бестужев рассматривает мое лицо, черточку за черточкой, словно я могла измениться за одну ночь. Но меня беспокоит другое — его не отпускает, он стоит рядом и продолжает дышать зимней стужей.
Что с ним?
Как чужой. Как совсем-совсем чужой.
— Я собиралась завтракать, — я перевожу разговор на безопасную тему. — Что тут у нас? Тосты, салат Цезарь, что-то непонятное с мидиями… Но пахнет прекрасно.
Я отбрасываю крышки в стороны и переношу коробки на стол.
— Составишь мне компанию?
Я терпеливо жду ответ, но Влад теперь смотрит на мои ладони.
— Влад, — зову и делаю еще одну паузу. — Пожалуйста, только не закрывайся. Я не вытяну, если ты провалишься глубоко в себя и будешь смотреть на меня как на врага.
— Я не смотрю на тебя как на врага.
О, уже какая-то реакция.
— Но тебе неприятно…. Я теперь напоминаю тебе о чем-то плохом?
Его пронзительный взгляд снова находит мое лицо. В это мгновение я как будто теряю равновесие, проваливаюсь в темную пропасть его глаз и даже не пытаюсь закрыться.
Кто-то из нас двоих должен довериться и сделать шаг навстречу.
Я подхожу ближе и поправляю воротник его белоснежной рубашки. Специально делаю это неспешно и спокойно. Я прислушиваюсь к дыханию Влада и пытаюсь понять, что он чувствует на самом деле. Может, он сам не знает? Сбился и запутался, и никак не может отпустить вчерашнее. Наша хрупкая связь пошла трещинками, и мне сложнее всего от того, что я уже дорожу ею.
— Хочешь разорвать договор со мной? — задаю следующий вопрос, который, как мне кажется, висит в воздухе.
Чувство, словно невидимая струна натягивается между нами и грозится лопнуть с оглушительным треском. Я начинаю нервничать из-за его молчания и не решаюсь зайти дальше. Хотя больше всего мне хочется обнять его. Стянуть ладонями его сильное массивное тело, успокоить и дать хотя бы крупицу тепла.
Это делает он.
Грубоватым рывком и совершенно неожиданно.
Влад притягивает меня к себе, запирая в жадных объятиях.
Я шумно выдыхаю и зарываюсь лицом в его рубашку, все слова вылетают из головы и я могу лишь дышать им. Больше ничего не остается, только вдох и выдох, и крепкий аромат мужского тела, который кажется мне густым и чарующим. Он заполняет меня и обостряет чувствительность до острого предела. Я иначе чувствую нашу близость всего пару секунд спустя — уже не тепло, а жар, уже не легкие импульсы, а настоящие удары желания.
