Карьеру она сделала прекрасную, ухитрившись не нажить врагов. Ее все любили. Любили именно потому, что она умела уступать и проигрывать достаточно громко, а полученную вследствие этого выгоду никогда не выпячивала.
День стоял чудесный, прохладный и облачный, солнце не било в глаза. Сегодня Тимофей должен проиграть, но оно того стоит. Его партнер – человек, которому Муратов платит хорошие деньги за инсайдерскую информацию о том, что делается в Комитете по использованию Тоннеля. Заявку Егора Стражалковского поставили на контроль, вчера состоялось очередное заседание совета по выдаче разрешений, нужно узнать, почему опять заявку не одобрили и назначили дополнительную проверку.
– Из-за твоего Стражалковского вчера чуть не передрались, – сказал информатор, неторопливо шагая к своему мячу, остановившемуся совсем рядом с лункой, но не упавшему в нее.
«Хороший удар, – отметил про себя Тимофей. – Сегодня, пожалуй, даже напрягаться не придется, чтобы проиграть. Он в отличной форме. Сейчас патт – и будет игл».
Да, остается всего один легкий удар, патт, чтобы закатить мяч в лунку, и в итоге вся лунка «пар–4» будет пройдена всего за два удара вместо четырех, разрешенных по регламенту.
Информатор сделал знак кедди подъехать, взял паттер – клюшку для нанесения катящих ударов, после чего кедди деликатно отъехал подальше.
– И что в результате? – спросил Тимофей.
– Ничего. Еще один дополнительный контроль.
– Но я не понимаю, в чем затык! Что особенного в этой заявке? Почему не дают разрешения?
Информатор пожал плечами, не отводя глаз от мяча.
– Хочешь совет? – проговорил он.
– Конечно. Что нужно сделать?
– Пусть твой интересант изменит основание заявки.
– То есть?
Игрок помолчал, сделал аккуратное движение клюшкой и загнал мяч в лунку.
– Игл! – торжествующе воскликнул он.
– Ну ты гигант, – восхитился Муратов. – За тобой сегодня не угнаться, «альбатрос» мне точно не светит, а без него я всяко проиграю. Поздравляю, дружище, ты, как всегда, меня уделал. Вроде я тренируюсь чаще, а ты приходишь и выигрываешь как нечего делать.
Талант не пропьешь!
Тимофей всегда умел точно определять момент, когда можно остановиться в рассыпании комплиментов победившему противнику. Убедившись, что его партнер по игре пришел в наилучшее расположение духа, Муратов вернулся к интересовавшей его теме.
– Так что насчет заявки?
Информатор оглянулся на двоих кедди – своего и муратовского. Оба находились со своими тележками достаточно далеко.
