– Я встречал тебя на парковке, надеялся провести с тобой хотя бы минут пятнадцать, хотел поговорить.
– О чем?
– Хотел спросить, чем жила твоя душа со вчерашнего вечера до сегодняшнего утра.
Чем жила ее душа… Да ничем, кроме тревоги и страха перед неопределенностью. Разве это можно назвать жизнью души? Это так, нелепое трепыхание в том самом лабиринте, когда не знаешь, в какой стороне выход, и одновременно боишься этот выход найти.
– Я заблудилась, – честно ответила Наяна.
– В лабиринте дум?
– Как вы догадались?
– Это Шекспир.
Пьеса о короле Генрихе Восьмом. Саму пьесу давно забыли и нигде не ставят, а вот фраза осталась в веках. В котором часу ты освободишься сегодня?
– У меня сейчас занятие до десяти, потом до трех часов пауза, потом еще одно занятие с трех до четырех, а с пяти до шести у нас с вами…
Она не успела договорить.
– Моя подготовка закончилась, Наяна. Стражалковский отозвал заявку, я больше не нужен.
Наяна словно оглохла на несколько секунд. Да, она прекрасно понимала, что рано или поздно все закончится.
Но все равно… Так внезапно… Ну почему именно сегодня?! У нее и без того полная неразбериха в голове, а теперь еще и с этим нужно будет как-то справиться.
– …до шести вечера я должен освободить комнату. Мы сможем увидеться с тобой до этого?
– Да, конечно, – растерянно пробормотала она. – В десять, если вам удобно… до трех…
– Теперь можно на «ты», – он легонько коснулся ее плеча. – Правил больше нет.
– А что есть? – глупо спросила Наяна.
– Есть мы с тобой.
И есть возможность решать, что мы будем делать дальше.
– Но вы…
– Ты.
– Ты… Ты же уедешь. Что тут еще решать?
– Я пока не уезжаю, забронировал отель, сегодня переберусь туда и буду жить, пока мы с тобой не придем к решению, которое устроит нас обоих.
Сердце Наяны колотилось так сильно, что, казалось, звенело в ушах. Что ответить? Сделать вид, что она ничего не понимает, продолжать корчить из себя невинность? Ничего не отвечать? Или…
«Ты ведешь себя как овца».
Она глубоко вдохнула и на мгновение зажмурилась.
– Я рада, что ты готов обсуждать решения, которые касаются нас обоих. Мне не хочется расставаться с тобой.
Евгений улыбнулся и снова прикоснулся к ее руке.
– Надеюсь, тебе и не придется. Буду ждать тебя здесь через час.
* * *Альбина Стражалковская полулежала в удобном кресле, вытянув ноги, пока ей делали педикюр и массаж стоп. Маска из пропитанного полезными веществами материала плотно облегала лицо, визор переведен в режим голографии.
