Мне выпала первая смена, которую я честно отсидел на большом камне, иногда подкидывая дрова в костры. К концу смены прошёлся вокруг и собрал ещё немного топлива. Сухостой прогорает очень быстро, и всё, что было собрано вечером — уже подходило к концу. А нормальные дрова можно было найти разве что в лесу, где ходят прожорливые гиганты.
А утром мы снова двинулись в путь. Шли строго на восток, пересекая долину. Беженцы растянулись длинной змеёй. В самом хвосте плелись раненые и те, кому выпала честь тянуть волокуши с лежачими больными.
На севере снова прошла гигантская форма жизни, а впереди, к югу от нас, было видно несколько крупных стад каких-то животных. К сожалению, все детали на этом расстоянии сливались в однотонную массу.
Стада медленно мигрировали по равнине. Видимо, поджёвывали красную траву, а, закончив подъедать её на одном участке, перемещались дальше. Если бы не это движение, я не уверен, что вообще сумел бы их разглядеть.
На другом конце долины виднелась возвышенность с пологими склонами.
К середине дня уже можно было разглядеть на ней россыпь белых капсул и Алтарь. Кострома решительно направила всех в ту сторону, а ко мне вдруг подошли Настя с Мишей.
— Я бы в это поселение не ходила!.. — начала девушка прямо на ходу. — Наши, когда мы уходили на запад, пытались с ними договориться… Но ничего не вышло. Там живут две группы, которые объединились. Они никого к себе толком не пускают. Здесь много наших погибло, когда ночью мы попытались напасть. Мне кажется, это надо знать Костроме…
— Хорошо, — решил я.
— Догоним её и поговорим.
Настя побаивалась Кострому, но в моём присутствии поведала свою историю вновь. Наша валькирия только расстроенно цокнула языком:
— Ну надо же было такое придумать… Зачем вы на них напали?"
"— Люди очень разозлились… — пояснила Настя. — Они нас сразу встретили стрелами и убили пару человек. Хотя мы не собирались на них сначала нападать. У нас ведь и сил уже не было на это. А когда от нас потребовали… Ну…
— Что они потребовали? — строго спросила Кострома.
— Потребовали каждого десятого отдать в рабство… — призналась Настя. — …Чтобы остальные могли закупиться. Тогда мужчины будто с ума сошли. Да и женщины многие тоже… Вон, Миша в ту атаку ходил.
— И какие потери? — Кострома посмотрела на молодого человека, а тот пожал плечами. — Не, давай вот без этого!.. Сколько народу полегло?
— Наших много, не считал… — признался Миша. — А их — человек десять.
— Значит, придётся обходить… — Кострома поморщилась.
