Я любила свой мир и хотела жить. Не могу сказать, что я скучала по Андолии. Скорее, по пушистому, по Кирану, и по Анри тоже. Но я дала слово и не собиралась его нарушать. А эти… если хотят, то пусть приходят в гости.
После того как мы обговорили все вопросы, я завернула пушистого в старую махровую простыню, удостоилась недоуменного взгляда и даже неловкость испытала, поэтому буркнула:
– Ну что ты хочешь? Не дворец у нас, не дворец. Радуйся тому, что дали.
Его высочество насупилось, но осталось послушно сидеть у меня на руках.
Следующий шок от встречи с нашей реальностью Михаэль получил, когда мы проходили мимо кухни. Мама у меня не очень любила зверей, но считала своим долгом накормить всех гостей, даже если они пушистые. Его высочество предложили размороженную рыбью голову. Я даже почувствовала, как сидящий на руках Михаэль икнул. Чуя, что его высочество может стошнить прямо на мамин натертый до блеска паркет, я поспешно заметила:
– Не-е, мам, этот кошак породистый. Он только дорогим кормом питается.
– Да? – Мама удивилась. – А может, предложить? Голодный все съест. Рыба хорошая, свежая.
– Да нет, вдруг сожрет, а потом животом маяться будет? – Я использовала последний аргумент, который, к счастью, подействовал.
– Мне на палас? – догадалась мама.
– Ну а кому же?
– Тогда пусть голодает.
– Не будет он голодать, я его сейчас посушу и отнесу Кристине. – Имя выбрала на ходу. Так звали нашу старосту, и она первая пришла мне в голову. – Ночевать у нее, может, останусь.
В темноте в такую погоду домой тащиться не хочется.
– Ну как знаешь! – Мама, похоже, обиделась, но виду постаралась не подать. А я не стала развивать тему и потащила Пушистика на экзекуцию феном.
Фен его высочеству крайне не понравился. Кот орал. Причем так испуганно и по-кошачьи, что даже мама прибежала на возмущенные вопли, но, будучи женщиной не очень впечатлительной, просто убедилась в том, что я животинку не мучаю, посоветовала быть осторожней и следить, чтобы кот не изодрал шторы, и ушла.
Я же досушила рыжего, высказала ему свое «фи» по поводу поведения, которое недостойно наследника престола, и пошла одеваться.
Пушистый в это время сидел на подоконнике и обиженно таращился во двор. Дождь сменился мокрым снегом, который серебрился в отсвете фонарей, внизу сверкали лужи, и из дома выходить не было никакого желания. И совсем не хотелось ехать по такой погоде ночью в деревню.
Придется взять такси и потратить на это остатки стипендии.
