У меня ещё будет для этого время.
Боль отступает, как по мановению волшебной палочки. Ну или от впрыска адреналина в кровь я её просто перестаю замечать.
Один звонок и точный адрес кладбища у меня на телефоне. Составляю маршрут — ехать недолго, могилу найти будет сложнее. Гоню, чтобы успеть. По словам Маши, малышка уехала давно, и мы можем разминуться.
Любое промедление сейчас для меня равно изощренной пытке. Успокаиваюсь только тогда, когда утыкаюсь в кованую ограду. Судя по карте, открытой в телефоне, поиски могут затянуться.
Где здесь эти дорожки, как их найти?
И спросить некого…
Решаю просто обходить всё, пока не найду. Надежда на то, что людей сегодня немного, и я должен увидеть издалека. Про «немного» я ошибся. Ещё и деревья везде.
Нервничая, что пропустил или Лия уже уехала, прохожу по второстепенным аллеям. Ищу маленькую хрупкую фигурку, золотистую макушку или хоть кого—то похожего на свою малышку. Я сейчас даже не знаю, в какую куртку она может быть одета.
Пару раз ошибаюсь, но упрямо иду вперед.
Скольжу взглядом по двум силуэтам, не придавая им значения. Отворачиваюсь в другую сторону, заметив одиноко стоящую блондинку. Неужели нашел?!
В последний момент взгляд цепляется за знакомый жест. Всматриваюсь в темные кудри и не могу поверить глазам, пока девушка не повторяет движение руками. Кулачками растирать слезы может, наверное, только моя Лия. Она всегда сердится на себя, когда показывает слабость.
Делаю шаг, второй… собираюсь окрикнуть девочку, но…
Малышка разворачивается, закрыв ладошкой рот.
Глаза красные, в них паника. Краем глаза фиксирую пацана, начинающего подниматься из—за стола. Но Лия игнорирует его и со всех ног бежит ко мне. С разбега хватает за пояс и утыкается в грудь, плача навзрыд.
Меня штормит от такой встречи. Я был готов на колени встать, но чтобы так… молча... Сердце разрывается от благодарности к моей девочке.
Смыкаю руки, прижимая её к себе. Как ошалелый вдыхаю аромат, зарываясь носом в тёмную макушку.
Она такая и не такая одновременно. Эмоции на разрыв.
— Аза, это… это кто?
Ко мне лицом, за Лииной спиной, стоит обалдевший парень. Не сразу понимаю, что именно он спросил. То ли шумит в ушах, то ли он с каким—то акцентом произнес вопрос.
— Дёма?
Малышка медленно отрывается от моей груди, отталкивая ладонями. В ужасе смотрит на меня, потом поворачивает голову к своему, видимо, спутнику.
— Отпусти человека, — говорит этот Дёма, а во мне разгорается пожар.
