Разумное зерно в её словах есть: лучше действительно воспользоваться после гигиенических процедур. Есть только одно но…
— Малышка, на ночь я сам обработаю. Потому что до понедельника мы здесь будем вместе.
28.
Лия.
Лихорадочно дёргаюсь, когда слышу охрипший Тёмин голос. Ночевать? Здесь? Но тут всего две комнаты и… Хотя мы вполне же можем лечь с Олей, а Артём разместиться во второй спальне.
Щеки обдает жаром. Он ничего плохого не сказал, а я уже себе надумала…
Уверена, что Миронов улавливает и понимает мою заминку, но ничего не говорит.
Внимательно смотрит и кивает своим мыслям.
— Давай, малышка, парни заждались уже. Идешь?
Протягивает раскрытую ладонь таким привычным и родным жестом, что в глазах начинает печь. Не знаю, чем вызваны эти эмоции, но во мне горит и плавится огромный шар. И если я сейчас не поделюсь им с ним, то просто взорвусь.
Встаю, держась за руку, и переношу руки на мужские плечи. Он такой высокий и такой широкий, что меня не видно, если я стою перед ним или за его спиной. Это, конечно, притянутое за уши объяснение, но у меня ощущение, будто он спрятал меня от всего внешнего мира.
Закрыл собой, окутал своим запахом, подарил чувство безопасности.
— Тём, — шепчу, подняв к нему лицо.
— Да, маленькая?
— Тём, я так тебя люблю.
Тянусь на носочках выше, чтобы прижаться ближе. Чтобы притянуть его голову к себе. Одно движение сильных рук на талии — я уже стою на диване, а мои губы в плену его губ. Поцелуй сладкий—сладкий и тянущийся бесконечно. Можно ли передавать свои чувства через касания? Уверена — да.
Именно это сейчас делает Артём. Его поступки, его разговоры, его движения — всё подтверждает слова, что у нас серьезно. Я верю ему, как самой себе.
Он не говорит сейчас ответное признание. Но оно и не нужно. Я прочла в его глазах.
— Пойдем ко всем, а то рискуем остаться надолго.
Тёма говорит тихо, касаясь кожи губ. Их покалывает после нашего поцелуя. Но мне, кажется, его мало. Хочу ещё. И это безумно пугает меня, ведь приличной девочке не пристало думать об этом.
Накидываю куртку и иду за своим парнем.
— Подожди, Тёмик, у меня же к мясу тут… — не договорив меняю маршрут и двигаюсь к кухне. После того, как меня «раненую» сослали в дом, я успела отварить картофель, нарезать сала и даже испечь лепешки из муки и воды. Так делала моя бабушка, и я обожала их по утрам.
— Скажи мне, ты вообще отдыхать умеешь? — Артём ловко составляет блюдо на кастрюлю, вручая мне тарелку с лепешками."
"— Умею, умею. Считай, это мой отдых.
