Заулыбалась, расцвела как роза майская, заговорила:
– Здравствуйте, товарищ майор! Давненько к нам не заглядывали, все в делах да заботах… Я уж и соскучиться успела. Вижу, загар на вас южный, в тропиках побывали, да?
Батяня кивнул.
– В Африке гостили, Светлана. Загорел невольно.
Свешников оторвался от меню. Усмехнулся:
– Знаешь, Светлана, какие там тигры ужасные? Полосатые такие, морды злые, хвост – во! – он показал руками, какой именно.
– А гориллы? Обросли почище капитана Сергадзе! Я поначалу, как увидел, подошел, поздороваться хотел, спросить, мол, чего на пальме делаешь, Вано, спускайся, а оказалось, что ошибся…
Андронова прекратила разглядывать прилавок, пихнула локтем:
– Завязывай доверчивым девушкам лапшу на уши вешать.
– Молчу, – капитан чуть отодвинулся.
Лавров опять встретился взглядом с буфетчицей и закончил недосказанную мысль:
– А, ну про Африку-то… Родина послала за пятерыми умниками, которые никогда не слышали стихотворение известного русского поэта: «Не ходите, дети, в Африку гулять…» Вот и пришлось образумить да вернуть обратно.
– Рада, что все завершилось удачно, товарищ майор, – буфетчица еще шире улыбнулась, перешла к выполнению своих обязанностей: – Вам как обычно, товарищ майор?
– Да, Светлана.
– Батяня обернулся, посмотрел на освобожденный столик у окна, снова повернулся к буфетчице: – Как обычно.
Слышалась русская речь, ни одного африканца и за сто километров отсюда не было. В далекой Москве искали все нитки наркотрафика. Семенов со своими, поди, очередного урода на небеса отправлял, громил притоны и злачные места. Страна может быть спокойна, когда на ее страже стоят такие вот самоотверженные люди, да и вообще – спецназ.
Сельва снова была поставлена на уши, очередной наркобарон был убит, зла на земле все меньше и меньше. Скоро, глядишь, и вовсе не останется. Ну и ученые… эти наконец поняли, что в Анголе стреляют иногда и соблазняться бесплатной поездкой не стоит.
Когда сели и наполнили рюмки, гвардии майор Лавров провозгласил привычный тост:
– За ВДВ!"
