Вещей Львова не было, отчего сделала вывод, что он уже ушел.
Покинув спальню, сразу же почувствовала запах жареных яиц и колбасы. Сергей на кухне готовил себе завтрак.
Зашла и увидела его, задумчивого в брюках и без рубашки. Львов как раз отключил варочную панель и разложил содержимое в сковородке на две тарелки. Взяв тарелки, поставил с разных концов стола, где уже стояли кружки с чаем, и в тарелочке посередине лежало пять бутербродов с помидорками.
Села и, пытаясь не смеяться, произнесла:
— Спасибо.
Он кивнул, и чуть слышно пробормотал:
— Ага, хорошего настроения тебе!
Молча ели.
Удивлялась ситуации, но ничего не говорила. После перешли к чаю, но не стала пить, чтобы не захлебнуться. Когда уже наконец-то закончили трапезничать, посмотрела на него испытывающим взглядом и подняла бровь, ожидая что-нибудь услышать.
Он задумчиво испепелял взглядом, а потом, отодвинув пустую тарелку на середину стола, спокойным тоном предложил:
— Я приеду за тобой вечером. Лучше у меня дома встречаться.
Молчала, не желая думать на эту тему, а он ждал. Терпеливо дожидался, когда отвечу, но я ничего не могла выдавить из себя.
— Что скажешь?
— Думаю, что завтра у меня получится. Встретимся вечером, а на сегодня мне достаточно.
— Если завтра, то приеду сегодня после двенадцати, — заявил самодовольный он, улыбаясь уголками губ.
Посмотрела на часы духового шкафа и беззаботно выдала:
— Ты, наверное, спешишь?
— Не спешу, — грубо выдал Львов, а потом уже мягче: — Так ты согласна?
— Назавтра в десять вечера я согласна, а на сегодня нет.
— Почему?
— Разве такие вопросы задают любовницам? — с улыбкой уточнила и, замечая, как он недовольно сжал губы в тонкую линию, тут же дополнила: — Поэтому завтра и увидимся. Кстати, спасибо за чудесный завтрак, но не стоило.
Львов поднялся и направился ко мне, делая это весьма пугающе. Оказавшись напротив меня, вытянул руку и осторожно поднял меня со стула. Стояли несколько секунд, а потом погладил пальцами по лицу, вдруг сменив гнев на милость.
Улыбнулся и проговорил:
— Предпочитаю принимать «спасибо» поцелуями.
Весело улыбнулась, считая предложение весьма интересным, и, сделав шаг, почти вплотную к нему, определила руку на мускулистую грудь. Нежно погладила пальцами, чувствуя мышцы, и ласково прошептала:
— Думаешь, что это хорошая идея?
— Уверен, — хрипло подтвердил Львов, и, наклонившись, поцеловал, отчего вцепилось в него, удивляясь той нежности, что была в этой сладкой ласке.
