Посмотрела на вертушку, где подробно стрелочкой показано куда вертеть, и работая двумя руками, закрутила до упора. Моментально полетела к огромному окну на половину стены и принялась открывать настежь все, что можно было и нельзя. Убедившись, что больше ничего нет, рванула в коридор, подлетая к каждому, распахивая. Сняв противогаз, застыла на месте, прислушиваясь, чтобы понять, куда идти.
Послышалось женское визжание на втором этаже, поэтому, не рассуждая и не обдумывая, стремглав рванула вперед на всей скорости.
Поднялась по лестнице, внимательно слушая каждый шорох.
Если судить по голосам, то они находились в конце коридора. Там я еще не была, так как всегда спальня была закрыта. У нужной двери услышала:
— Это ты! Ты виноват! Она любила тебя! Любила! А ты… втоптал ее в грязь: отказался жениться, стал заботиться о ничтожестве… Я столько лет мечтала, чтобы ты подох… кололась, сидела на таблетках, чтобы ты не узнал меня…
— Я тебя… и не видел, — еле слышно проговорил мужчина, привязанный к батарее с ранами на лице.
Сергей пытался поднять голову, но ему было тяжело. Взгляд затуманенный, да и слова тянул. Определенно, под каким-то препаратом.
— Ты не видел, потому что тебе было плевать на нее! Плевать! Ты считал, что она никто, мразь, недостойная тебя. Естественно, тебе не хотелось знакомиться со мной, чтобы попросить разрешения с ней жить, что ты обязан был сделать. Я все просчитала, но не ожидала, что ты окажешься таким подонком. Выберешь дауна, когда Галя могла родить нормального ребенка.
Потому что ты ублюдок! Ублюдок! И теперь поплатишься за то, что сотворил с моей сестрой.
— Больная, такая же сумасшедшая, как твоя сестра… Убийцы, — тяжело выдавил Сергей, стараясь говорить, но видно было, что дается это ему тяжело.
— Заткнись! Заткнись! Да как ты смеешь! Ты никто! Никто! Грязный мужик, а она красавица. Нежная, добрая и хрупкая. Ты должен был ее боготворить.
— Идиотка, — сглотнув, еле слышно произнес мужчина, задыхаясь от удушающего запаха.
— О, тебе плохо?! Как я рада! — с удовольствием сказала Ярова, прижимая к себе маску, желая одеть, но продолжала говорить.
— С каким удовольствием я буду смотреть, как ты подыхаешь, наслаждаясь каждым мгновением. Ты также будешь мучится, как и она И твою суку… я убью. Постараюсь для нее… Такая достойна настоящей боли. А сейчас…
Евгения достала нож и, покрутив перед своим лицом, с помешанным восторгом выдала:
— Ей не понравились фото из интернета, поэтому сейчас ей отошлю настоящие… по частям… тебя.
