По пути, — проговорил он, отпивая кофе, на что я кивнула и предложила:
— Тогда поехали?
— Да, — довольно сухо проговорил Львов, а потом задумчиво посмотрел, что-то решая про себя, и сказал:
— Хорошо.
В воздухе повисла ненужная пауза, поэтому я поправила свою белоснежную вязаную кофту и поинтересовалась:
— Что вчера случилось, отчего ты бросился сломя голову из дома?
Сергей отпил кофе и недовольно, как будто ему об этом неприятно вспоминать и говорить, заметил:
— На Женю напал наркоман.
«Не тот, случайно, которого она откармливала наркотой?» — хотелось спросить, но поняла, что не стоит, наблюдая, как он изменился в лице, став напряженным и обеспокоенным.
— И она позвонила единственному спасителю в нашем городе, который никогда никому не отказывает? — не удержалась от подколки.
Мужчина сурово посмотрел на меня и отставил кружку в сторону, не отводя пронзительного взгляда. На других, может, и подействовало, а я с интересом ожидала его ответа.
— У ее никого нет.
И поэтому она попросила помочь. Считаешь, что нужно было послать куда подальше? — рявкнул он с таким видом, намекая, что я злая сука, непонимающая и жестокая, готовая бросить нуждающегося в беде. Да ни черта подобного! Но вот не нравится мне эта дрянь! Не нравится! Чувствую, что с ней что-то не так, но куда уж мне рот открывать, когда этот сердобольный адвокат так печется об этой девке. А если начну говорить о том, что видела, вообще, тут пеной изойдется.
— Ну что ты… Думаю, ты поступил правильно, — воодушевленно похвалила я.
Он же вроде этого и хотел. Или мне нужно было посочувствовать ей, вытирая скатертью слезы? Ну уж обойдется. Она таких эмоций не вызывает, хоть я тресну в своей вежливости.
— Лида, чувствую твою иронию.
— Правда? Ну не знаю… тебе показалось, — вежливо усомнилась я, даже не собираясь менять свой настрой.
— Насколько помню, ты бросилась помогать незнакомке как только увидела, что девушку пытаются изнасиловать.
«Ну там то пытались по-настоящему, а вот с Евгенией неизвестно от кого нужно спасать…»
— И что, спас Женечку?
— Увидев меня, наркоман скрылся, но лицо и тело девушки в ссадинах и кровоподтеках, — выдал он, не переставая наблюдать за моей реакцией, которая не менялась.
Да ладно… еще бы я не фальшивила из-за этой стервы. Много чести. И, вообще, пора заканчивать с тайнами. Скажу, а он пусть сам решает. Не дурак вроде. Должен призадуматься и взять на заметку.
