Они ведь все были мужчинами, ну если не брать во внимание ориентацию Хоупа. И реакция на полураздетую женщину у них была совершенно правильная.
И потом, когда они видели меня перед боем в облегающем трико, реакция тоже была правильная — такая, какую я и ожидала. Домысливая, что у меня под одеждой, они отвлекались от главного, а я в это время просто метко стреляла.
Стэнфорд первый, кто раскусил мою уловку, а значит, он лукавил: счет у нас теперь один-один.
— Ты же сам сказал, что провокации в ходе игры разрешаются, — отшутилась я.
— Я сказал — словесные, — уточнил Стэнфорд. — А это…
— А это говорящий вместо меня костюм, — нашлась я. — Я так красиво, как он, говорить не умею.
Мужчина бархатисто рассмеялся и согласно кивнул:
— Отмазка засчитывается. Ну, тогда не обессудь за мои провокации.
— Уже боюсь, — не удержалась, чтобы его не поддеть.
— Ты же понимаешь, о чем я думаю, когда смотрю на замочек, расстегивающий твой костюм? — низко и вкрадчиво вдруг поинтересовался он.
В груди потеплело, и я непроизвольно сглотнула.
— У тебя ведь под этой штукой нет нижнего белья, правда, Шо? — продолжил Стэнфорд.
Пульс ударил мне по вискам, дыхание сбилось, отчего захотелось лихорадочно облизать губы.
Что это он задумал?
— Добро пожаловать в игру, Шо, — услужливо пропуская меня внутрь открывшегося павильона, как ни в чем не бывало воскликнул Стэнфорд.
Да уж… кажется, я сейчас доиграюсь.
— Ты не ответила на мой вопрос, — с присущей папе Стэну дотошностью, изрек он, как только двери закрылись и прозвучал сигнал сирены.
— На какой? — мгновенно вскинув «Брайан», я поразила выскочившую из-за угла голограммную мишень в «десятку», одновременно с точным выстрелом Стэнфорда.
— Белье, — не замедлив выстрелить вместе со мной по следующей цели, пояснил этот провокатор. — На тебе есть белье?
— Есть. Трусики, — резко разворачиваясь, я всадила пулю в появившегося у нас за спиной бота под разочарованное Стэндфордское: «У-у-у».
Непонятно, что его так расстроило: наличие на мне трусов, или то, что мы с ним опять попали в цель одновременно.
— Ты всегда такой озабоченный, или это на тебя так мой костюмчик действует? — расстреливая три подряд появляющихся одна за другой мишени, отчеканила я.
— Я нормальный, — успевая выстреливать одновременно со мной, пробасил Стэнфорд. — У меня просто женщины давно не было, — огорошил меня своим откровением он. — А ты в этом тряпье — вся такая конфетка…
Не верь, Шарлотта. Это же просто треп.
