— Юля, разумеется я позволю тебе попрощаться с отцом, не надо думать что я монстр. Всю ситуацию, в которой мы оба находимся, создал один человек и это твой отец. Но не будем об этом, всё случилось — как случилось. Ты теперь моя жена и я за тебя в ответе. Но это не говорит о том, что я изменил своё к тебе отношение, вовсе нет. У нас сегодня праздник, так пусть он будет, не будем же сидеть с кислыми лицами — я поняла, он просто на один день зарыл топор войны, вот и всё. Хотя о какой войне я говорю? Только он со мной и воюет.
Через пару часов, видно устав от нескончаемых тостов, которые только за нас и поднимали. Алан встал и потянул меня за собой.
— Пойдём, твоему отцу нельзя так долго находиться здесь, у него режим. Я тебя проведу, и ты с ним попрощаешься, а я подожду в соседней комнате — мне даже мысль такая не пришла в голову, что отцу возможно, будет не хорошо. Какая же я глупая! Ругала я себя. Мы прошли в какое — то помещение, видимо подсобное. Отец лежал на кушетке. Завидев нас, он приподнялся и сел.
— Лежи не вставай. Тебе поставили все уколы? — поинтересовался, мой муж.
— Да, спасибо Алан — мне твоё спасибо не нужно. Попрощайся с дочерью, а после, я распоряжусь тебя на моём джете доставят, куда тебе надо мой, для тебя будет гораздо комфортабельный чем твой. Вадим, не спорь.
Сказал, как отрезал и вышел из помещения.
— Доченька, ты в надёжных руках."
"— Отец, куда ты летишь? Неважно, я буду в комфорте у меня всё есть, поверь бедствовать не буду, деньги и недвижимость я имею, и максимально без страданий, уйти.
Но не будем о грустном. Скажи, он к тебе хорошо относится? Алан не простой, и характер у него сложный.
— Если ты знал, что он сложный, зачем же отдал меня за него? Так надо дочка я же говорил тебе — перебив его я спросила:
— Скажи это правда, что ты переживал больше за свой холдинг, а не за меня?
— Нет, что ты…
— Скажи правду, пожалуйста это наш последний разговор, будь честен со мной.
— Нет… не совсем дочка, понимаешь, я жил работой… делал всё, чтобы мы жили красиво, богато… ну в общем я потерял твою мать, она нашла себе какого — то пижона богатого, когда я был только вначале своего пути.
Я слишком много ей позволял… слишком, вот она и нашла себе…
— Поэтому ты мне всё запрещал?
— Да… отчасти да… нельзя женщине давать много свободы… как оказалось. Я не хочу, чтобы у тебя было в жизни всё сложно, тем — более меня не будет, но Алан такой человек, он не даст тебе много свободы, так что ты в надёжных руках.
