О вашем начальнике давно уже дурное поговаривают. Будто бы приставы всех частей Петербурга носят ему денежную дачу. А ежели кто отказывается, то в этой части резко возрастает количество краж со взломом, грабежей и даже убийств. Статистика быстро ухудшается, пристав попадает в опалу у градоначальника и может лишиться должности. А сыскная полиция ищет преступников очень неспешно и всегда безрезультатно. Так?
— Истинная правда, к сожалению.
— Вот это да! И все молчат?
— Так ведь недоказуемо! Ну, залезли в квартиру, в другую; ну, сломали их с десяток — и что ж? Какая тут связь с Виноградовым?
— Но связь есть?
— Конечно, есть.
Все «иваны» и «мазы», родские[6] воровских шаек ему хорошо известны. Он их вызывает и говорит: надо поработать в Александро-Невской части, особливо в её третьем участке. Действуйте смело и никого не бойтесь: я вас искать не стану. После седьмой квартиры закругляйтесь и переходите в Коломенскую часть.
— Неужели это действительно возможно, Максим Вячеславович? Чтобы начальник сыскной полиции — и руководил ворами!
— Нельзя сказать, что он ими действительно руководит.
У преступников свой промысел, у него свой. Правильнее утверждать, что существует область совместных интересов. Если градоначальник прикажет Виноградову поймать, к примеру, «ивана» Савелия Чижова по кличке Дубовый Нос, то он его арестует. И Дубовый Нос на это не обидится: служба есть служба, ему велели — он исполнил. Но при возможности вместе заработать эта парочка легко договорится. С начальником сыскной полиции выгодно дружить!
— Давно так у вас?
— А вот как Путилин ушёл в отставку, так сразу и началось.
— Иван Дмитриевич знает об этом?
— Конечно, знает — Виноградов всегда был его любимчик.
— И молчит?
— Молчит. Сам этим не занимался, когда был при должности, но Ивану Александровичу уже и тогда всё дозволялось.
— Понятно… Путилин при Трепове поднялся, поэтому так к этим делам равнодушно относится. Трепов за годы своего градоначальства украл три миллиона рублей — и ничего… Но вернёмся к Сашке-офицеру.
Он-то квартирными кражами не занимается?
— Да, эта птица другого полёта. Но мне доподлинно стало известно, что в ночь с 28 февраля на 1 марта, когда умер Маков, Сашка уходил из камеры. По очередной записке Виноградова.
Благово стукнул себя кулаком по колену и не удержался, выругался:
— Скотина! Значит, инобытия[7] у Беклемишева нет?
— Нет. Не готов утверждать, что именно он застрелил Макова, но в камере его в ту ночь не было до самого утра.
Благово встал.
