Что, если бы он позволил мне выражать эмоции? Стонать? Кричать? Кусаться и царапаться? Что, если хотя бы раз позволил отпустить контроль и насладиться нашим сексом сполна? Неужели ему самому этого не хотелось?
– Ешь, Амалия, – твердо произнес Игнат, и я поняла, что уже несколько минут сидела и ковыряла вилкой в тарелке, даже не открывая рта. После его приказа мы молча расправились с ужином.
Игнат встал, как только мне принесли чай.
– Диана, мне подайте кофе в кабинет, я еще буду работать. Доброй ночи, Амалия, – сказал он и вышел.
Даже не подошел ко мне. Не поцеловал или хотя бы не сжал плечо. Просто вот так взял и вышел. Мне стало так горько от этого равнодушия. Как будто я была какая-то прокаженная, что он боялся лишний раз меня коснуться или посмотреть хотя бы с меньшим количеством льда в глазах.
– Я не буду чай, Диана. Спасибо. – Отодвинула от себя чашку, встала из-за стола, пожелала ей доброго вечера и вышла.
Я медленно брела по коридору, прикидывая, чем бы заняться.
Мне нужно было выбросить ненужные мысли из головы. Потому что каждая следующая была хуже предыдущей. Я представила себе жизнь вот в таком ключе: равнодушный муж, заинтересованный только в ребенке и мне, как аксессуаре для светских мероприятий. Одиночество в доме, полном людей. Во мне поднимался крик отчаяния, как только фантазия рисовала яркие картинки моего будущего. Отрицательная энергия, которая концентрировалась внутри и заполняла собой все мое тело, понемногу сжирала жизнерадостность, которая еще буквально несколько недель назад била во мне живым источником.
Мне нужно было куда-то подевать весь скапливающийся во мне негатив.
Бассейн! Я быстро дошагала до своей спальни, переоделась в бикини, сделав мысленную пометку купить купальник для бассейна, и отправилась на второй этаж. Включила подсветку и залюбовалась тем, как блики от воды танцевали на выложенных плиткой стенах. Быстренько сбросила с себя шлепанцы, положила полотенце на шезлонг и нырнула в прохладную синеву.
Не знаю, как долго плавала, но остановилась только тогда, когда легкие уже начали гореть от нехватки кислорода. Внутри меня снова начинала бурлить любовь к жизни. Мысли прояснились и стали как будто… острее. Теперь я могла рассуждать здраво.
Положив локти на бортик и зависнув воде, лениво перебирая ногами, я решила, что у меня два выхода: завянуть, следуя правилам мужа, или воспрянуть, ломая его устои и убеждения.
