Должна ли я ждать мужа в постели или стоять здесь, ожидая его возвращения в спальню? Я должна соблазнять его или он все сделает сам? Я сходила с ума и даже подумывала позвонить Марго, чтобы снова задать все эти вопросы. Но вовремя вспомнила ее слова о том, что они с Олегом сорвали друг с друга одежду в номере отеля. Моя же одежда осталась на месте, пока я сама не сняла ее в ванной.
Я присела на кровать, кусая губы. Волнение и страх отдавались во всем теле, стягивая мышцы стальными кольцами. Я сожалела, что не могла в этот момент отправиться на пробежку, чтобы снять накопившееся напряжение.
Единственное, что хоть немного утешало – это многообещающие поцелуи, которыми меня одаривал Игнат на свадьбе. Воспоминания о его горячем языке, нежно кружащем у меня во рту, даже заводили. Я прилегла на кровать и прикрыла глаза, вызывая в памяти каждый такой поцелуй.
Игнат был нежным, но настойчивым. Его поцелуи будоражили фантазию. Эти воспоминания смешивались со всем, что я видела в фильмах для взрослых и читала в женских романах.
Я почувствовала, как возбуждаюсь. Опустив взгляд вниз, я увидела, что соски напряглись под тонкой тканью.
«Что ж, все должно пройти не так уж плохо», – вздохнув, подумала я, и забралась под одеяло. Прикрыв «на минутку» глаза, я проснулась только тогда, когда к кровати подошел невероятно красивый мужчина с полотенцем на талии. Мой муж. Тот, которому я должна была в тот момент отдать свою девственность и вручить свою жизнь.
Он молча забрался под одеяло, сбросив полотенце.
Все это время я не отводила взгляда от него. Его глаза прожигали в ответ, обещая неземное наслаждение. Господи, никогда в своей жизни я так сильно еще не ошибалась.
Глава 6
Я вошла на террасу, одетая в шелковый халатик. Легкий бриз океана освежал уже начавшийся нагреваться воздух. Мне очень хотелось скинуть халат и с криками забежать в лазурную воду. Но, конечно, мой муж поймал бы меня еще до того, как я бы пересекла террасу. Поэтому я покорно опустилась в кресло из ротанга и взяла в руку чашку с кофе.
– Доброе утро, Игнат.
– Доброе утро, – сухо ответил он, нарезая блинчик на кусочки. – Как спалось?
– Спасибо, хорошо."
"Я придвинула к себе тарелку и положила на нее один блинчик. Щедро полив его сиропом, отрезала кусочек и положила в рот. Еда казалась безвкусной. Все эмоции остались в прошлой ночи. Я боялась проявить хоть одну или задать неуместный вопрос. После нашей брачной ночи я осознала, что Игнат – это бесчувственная машина, обтянутая кожей.
