Движение, и лежащая на полу шишка, как послушный щенок, прыгнула в ладонь Князя. Черный туман окутал снаряд… замах – бросок! За окном что-то значительное свалилось с дерева. На лице Стужева расплылась счастливо-злорадная улыбка.
Он повернул голову, увидел меня, пытающуюся застегнуть все расстегнутое, улыбнулся уже иначе, подошел, сел на постель и приказал:
– Повернись.
– Да по…
– Повернись, застегну.
Повернулась. Застегнул. Затем обнял, прижимая к своей груди, и прошептал:
– У меня здесь только рубашки.
– Давай, – устало согласилась я, глядя на обрывки синей майки.
– Только черные и белые, – продолжил Стужев, скользя губами по плечу.
– Губы убрал!
– Маргош, ты…
Но убрал.
Осторожно отодвинулась, встала, подошла к окну. Там на древних и толстых дубах сидели белки. Белки выглядели странно – на мордочках черные полосы, на головках зеленые банданы. Ушки торчат смешно, в лапках у кого шишки, у кого копья. И все танцуют ритуальные танцы дикарей перед охотой!
Тихие шаги, теплые руки, скользнувшие на талию, прикосновение его тела… Ой, Стужев, у меня от тебя земля кружиться раза в четыре быстрее начинает… Что со мной?!
– Уйди, а! – потребовала грубо.
– А то меня опять тошнит!
Хмыкнул, обнял властно, склонился к плечу, скользнул губами к уху и прошептал:
– Маргош, как более опытный в нашей паре, должен честно поведать – это возбуждение, Маргоша, и к отравлению медовухой отношения не имеет никакого.
Я не спорю, у меня шок, от себя в первую очередь, во вторую от всего происходящего, и все же…
Круто развернувшись, я прямо посмотрела в серые глаза Князя и тихо произнесла:
– Александр, мне действительно тошно от того, что меня нагло домогаются, а я ничего не могу сделать, чтобы это прекратить.
Улыбнулся. Странной, грустной улыбкой, протянул руку, коснулся моей щеки, провел очень нежно, посмотрел в мои глаза и неожиданно жестко произнес:
– Мне нужна ведьма, чтобы продолжить игру, Маргош.
А тебе нужно стать ведьмой, чтобы выжить. Иначе алтарь темных и гарем Игната твоя судьба на ближайшие лет пятьсот – темные любят продлевать жизнь своим игрушкам. Следовательно, нам требуются любые твои сильные эмоции – любовь или ненависть. Значительно проще действовать последовательно да более болезненно, но результат гарантирован. Но если тебя от меня тошнит, – жестокая усмешка, – мы можем пойти от противного и опираться конкретно на ненависть.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
