Или насобирать гальки на берегу и сдать аквариумистам, у нас ведь полно мелких разноцветных камешков, в том числе белых мраморных.
Так выражение «деньги лежат на земле» обретает прямое значение. Спасибо великое моему приятелю Витале, который все это рассказал. Вот уж правду говорят, что самое большое богатство — люди, которых мы встречаем.
Интересно, почем камешки можно продать аквариумистам?..
Глава 23
Десять нудных дней
В свете последних событий все, что раньше казалось бестолковым, заиграло новыми красками.
В прошлой жизни я старался отмотать время до знакового события, проживал этот отрезок кое-как, теперь же такое отношение ко времени казалось преступным. Каждую минуту я старался обратить в пользу.
Знаковое событие — разговор с тетушкой и поездка в Москву. Как раз в садах поспела черешня, на подходе смородина и вишня. С клубникой я опоздал. Если возить, то только раннюю, в средней полосе уже скоро начнется своя.
Десять дней до экзаменов я проводил с пользой и удовольствием: рыбалка, море, тренировки, сборы в подвале нашим тесным кругом.
Я научил детей играть в мафию, и игра их полностью захватила, сдружила и сплотила. Гаечка и Наташка напрочь забыли о разногласиях. Рамиль перестал бояться шагу ступить без спроса, он наконец почувствовал себя частью коллектива.
Наташа с Ильей на рыбалку со мной теперь шли с неохотой, зато как азартно замирали под слова ведущего: «Город засыпает. Просыпается мафия».
Продавая рыбу, я накопил десять долларов, а на остальные деньги покупал еду домой.
Бабушка чуть ли не за руку отвела мать в суд, чтобы та подала на развод. Мать после этого ходила мрачнее тучи, но постепенно остыла и перестала на нас шипеть. Чтобы поддержать ее, мы с Наташкой каждый вечер организовывали семейный ужин, где говорили по душам: сперва только мы, дети, но вскоре и мама начала участвовать. В той жизни такое не только не практиковалось, но и осуждалось: родитель должен быть непререкаемым авторитетом, чтобы ребенок трепетал и не смел ослушаться.
Вот только во время откровений все мамины разговоры сводились к тому, что жизнь — это боль, и будет только хуже, кому она нужна, такая старая и страшная. Поначалу мы ей искренне сопереживали, но, как выяснилось, мама — манипулятор тот еще, и нытье — вампиризм чистой воды. Потому вскоре реагировать на ее жалобы перестал даже Борис.
Русский мы с Наташей написали на пятерки, осталось мне сдать геометрию, Наташе — географию.
И вот наступило одиннадцатое июня.
