На самом деле еще как сделают, ведь против лома нет приема, как и против ножичка под ребро, но что такое Зяма с Русей на фоне ядерного взрыва? Или — на фоне залегшего в посадке вражеского снайпера, который тебя пасет? Все угрозы этого мира казались милыми и ламповыми.
Я взял сестру под руку.
— Давай выйдем, разговор есть.
— Лапы убрал! Тут и говори. — Она отступила на два шага. — И вообще ты странный, я тебя боюсь. Вдруг…
— Имя мне — Легион, — проскрежетал я, потянулся к ней, клацнул зубами и сказал уже нормальным голосом: — Тут лишние уши.
Я кивнул на дверь, за которой обедали притихшие родители.
Точно не помню, какой именно был день, когда сломали Наташкину жизнь. Важно, что он еще не наступил, и можно предотвратить большую беду, которая очень скоро случится.
— Это касается тебя и Влада, — прошептал я, добавил, еще раз кивнув в сторону кухни. — И их.
— А предки-то здесь каким боком? — удивилась Наташка.
— Идем. Это важно.
Я направился к двери.
Сестрица постояла немного, и любопытство в ней победило вредность — она потопала следом.
Глава 3
Что покладено, то зарыто"
"Только мы вышли из подъезда, Наташка надула пузырь из жвачки, а когда он лопнул, скривилась и сказала:
— Денег не займу, даже не проси. Опять кассету дебильную себе купишь, и вытрясай из тебя потом.
— Ох и язва же ты! — улыбнулся я. — Владу твоему ж есть восемнадцать?
Ее миндалевидные глаза стали круглыми, ноздри раздулись.
— Тебе какое дело? — вскинулась она.
— Мне — никакого, — сказал я и добавил зловещим шепотом: — Но отец про него знает, и знает, что ты ночами на свидания бегаешь.
— А ты откуда знаешь, что он знает? — не поверила сестра в мою осведомленность.
— Подслушал их с матерью разговор.
На самом деле нет, все это отцу еще неизвестно, но выяснится со дня на день, и тогда начнется ад.
Гонор мгновенно облетел с Наташки, она посмотрела на окно нашей квартиры, кивнула на гору, и по тропинке, виляющей между вязов, мы пошли вверх, пока не добрались до развалин укрепления времен войны, скрытых в зарослях.
Наташа вытащила две картонки, спрятанные между плит, на одну села сама, вторую протянула мне. Мы разместились так, чтобы наклоненная плита закрывала нас от тропинки.
— Вы были близки? — скорее констатировал, чем спросил я.
Наташка вспыхнула, вскочила и попыталась меня пнуть, но я выставил блок.
