Вот, решил тебе купить.
— Какая прелесть! — защебетала Груня, — Вась, ну, зря. Я же на учебе целый день, а потом на работе. А за ним уход нужен.
Груня щебетала, и, противореча своим словам, уже вытягивала зверька из клетки.
— Разберемся, — хмыкнул Васька.
Груня уже стояла, любуясь пушистым животным, приподняв его и приблизив к счастливому личику. Васька, молча, наблюдая за девчонкой, вспомнил, что не целовал ее уже вечность. И как-то соскучился даже. А она все внимание уделила красноглазой белой мочалке."
"— Охренеть, — пробормотал Васька, — Скучал я, а внимание ему.
И, разозлившись окончательно, настойчиво отобрал зверя из рук Груни, сунул его в клетку и невозмутимо прижал девчонку к себе. За спиной раздался веселый шепот друзей, подтрунивание и замечания. Елена даже спросила громким веселым шепотом у мужа:
— Герка, а что, Бася у нас теперь за Груней увивается?
Но Ваське было плевать на всех. Он жадно целовал смущенную девчонку, не позволяя ей ускользнуть из крепких объятий. А потом, когда Барин почувствовал, что сопротивления от Груни нет, скорее наоборот, она сама скользнула руками в его волосы, поглаживая затылок и плечи, только углубил поцелуй, чувствуя, как огонь бежит по венам, разгоняя кровь.
— Ну, если вы все утрясли, — разобрала Груня громкий голос Пал Палыча, — Можно мы поженимся?
Гости рассмеялись. А Груня почувствовала, как лицо заливает румянец смущения. Она предпочла бы провалиться сквозь землю, чем взглянуть в глаза собравшимся. Но Васька, хитро щурясь и едва ли не облизываясь, не выпуская девчонку из рук, потянул ближе к отцу и маме Нюре.
Его не смущали ни взгляды родни, ни подначки друга, ему, грубо говоря, было на все плевать. Главное, девчонка не дуется и улыбается красивыми ямочками на щеках, от которых Барин с трудом сдерживал рвущийся мат, поскольку эти самые ямочки и широкая улыбка будили в его теле просто адское сексуальное желание.
* * *Груня нервничала. Нет, правда нервничала. Выражаясь языком Барина, охренеть как нервничала.
Опираясь руками о раковину ванной Васькиной комнаты, девчонка смотрела на свое отражение в зеркале.
Вечерний макияж был стерт, красивое платье висело на плечиках позади нее, переливаясь блестками в ярком свете ламп. А на девушке был надет легкая, словно перышко, из полупрозрачного матового материала, ночная сорочка. Новенькая, купленная именно для такого случая сегодня утром, пока тетушка и Пал Палыч выбирали ему новый галстук. Сорочка стоила всю недельную зарплату, полученную в ресторане.
