— Правда, зайчонок, — тихо ответил Василий, позволяя девчонке сделать вдох.
Груня опустила голову на грудь парню. А руками скользнула по спине и груди, обнимая, обволакивая его и крепко-крепко прижимая к себе. Улыбка играла на губах девчонки, а веки стали вмиг невероятно тяжелыми.
— Кажется, я усну и скомпрометирую тебя и наши отношения, — прошептала Груня, вздыхая."
"— Я сам уже все скомпрометировал, — хмыкнул Васька, блуждая руками по рыжим локонам, затылку, плечам, спине, — Как-то фраза Вовчику «Куда ты дел мою девчонку?» заставляет сделать определенные выводы.
— Так и сказал? — улыбнулась Груня, прижимаясь щекой к мужскому свитеру.
— Помимо прочего, — тактично увильнул от ответа Васька, — По камерам посмотришь. Завтра.
— Боюсь, мне будет за тебя стыдно, — шептала Груня, уже почти засыпая, на столько было уютно и тепло в руках Василия, — Кричал, хамил и сквернословил, наверное.
— Не без этого, — согласился Василий Павлович, пряча нос в волосах своего зайчонка.
— Возьмусь я за тебя, — пригрозила Груня.
— Да я уже почти ручной, — признался Васька, но пигалица его уже не слышала. Девчонка спала, прижавшись щекой к сильному телу Барина.
А наутро Ваську, который за несколько часов сна успел сменить положение и развернуть спящую Груню и уложить удобнее на диване, разбудило появление отца.
Пал Палыч вошел в кабинет, замер на пороге, хмуро взглянул на сына.
— Вась, ну как дети, — тихо проговорил отец семейства, — Привез бы уже к нам. Будто места в доме мало, по ресторану бегаете.
— Так вышло, — пробормотал Василий, потирая лицо ладонью. Вторая была полностью отвоевана Грунькой и использовалась в качестве подушки.
— Помирились хоть? — улыбнулся Пал Палыч.
— Да и не ругались вроде, — губы Васьки растянулись в улыбке, — Я че подумал. А не пора ли мне мотнуться на знакомство с родней? Давненько я в деревнях не был.
— Ты там ни разу не был, — напомнил отец, — И зови-ка Грунькиных к нам. Сюда или домой, сами уж решите.
— Поговорю, — согласился Васька, — Бать, дай еще пару часов. Пусть поспит.
— Убегаю, — улыбался Пал Палыч, прикрывая за собой дверь кабинета и оставляя сына наедине со спящей девчонкой.
Глава девятая, в которой появятся новые и старые знакомые
Пигалица просыпалась смешно. Сначала взмахнула густыми ресницами, сонно протерла глаза кулачками, села, осмотрелась, вновь взмахнула рыжими веерами, испуганно глянула за окошко, где вовсю светило солнце.
