Она сама склонилась ниже к нему, прижимаясь губами к его рту.
— Ты вкусный, — зачем-то прошептала она, и Васька дернулся, чувствуя, как тело вновь наливается тяжестью в определенных местах.
— Чччерт! — выругался Барин и принялся стаскивать брючки с пигалицы.
Сознанием он понимал, что спортзал — не то место, где можно растягивать удовольствие. И неудобно, и родители могут нагрянуть в любой момент, проверить, не поубивали ли они друг друга. Но Барин надеялся на прозорливость отца, и спешить не собирался.
Правда Груня, своим телом, ласками, возбужденными стонами и шумными выдохами на ухо, снова нарушила его планы. Кажется, она торопилась, боясь не успеть, и отчаянно желая быть ближе к нему.
Вот и получилось, что девочка вновь взяла Ваську в оборот. Стоило ему освободить любимое тело от одежды, как она уже оказалась сидящей поверх его бедер. Опираясь руками о плечи любимого, вздрагивая от каждого жаркого и горячего прикосновения крепких рук к своему телу, Грунька опустилась на берда Барина, не сдержав стона от медленного прикосновения твердой плоти.
— Зайчонок мой, — прохрипел Барин, впиваясь в ее рот своим, сжимая руки на ее спине, шее, не позволяя увернуться.
Да она и не собиралась, полностью отдаваясь во власть тому неудержимому желанию и страсти, которые она испытывала к своему любимому, вспыльчивому и самому родному человеку.
Движения становились все быстрее, глубже. Барин стремился двигаться нежнее, ноне мог.
Его страсть не была нежной или робкой. Он отдавал себя целиком, но и брал столько же. И понимал, что так будет всегда. Он каждый раз будет загораться от одного взгляда на свою пигалицу и никогда не позволит ей уйти от него.
Мысли на мгновение вернулись в их разговору на кухне, к брошенным сгоряча фразам, к его реакции и к поступку пигалицы.
Да, все верно. И так правильно. Правильно, что они вместе, несмотря на разный характер, его вспыльчивость и скверный нрав.
Но ведь он меняется. Чувствует, что ради нее готов на все, и даже больше.
— Я всегда с тобой, — не найдя подходящих слов прошептал Барин за секунду до разрядки.
Он не надеялся, что девчонка поймет его. Просто чувствовал так, как говорил. Но она поняла. Крепче прижалась, накрыв его рот своими влажными губами."
"— А я с тобой, — услышал Васька ответ жены и дернулся в последний раз, чувствуя, как и ее тело дрожит от пережитых ярких эмоций.
