И не такое лечивали и не такое видывали… Излечим, на ноги поставим, откормим, а потом и свадебку сыгр… – тут здоровяк вспомнил, что моя потенциальная невеста нас покидает и поспешно добавил, с намеком косясь на присевшую у костра Аллариссу, протянувшую к пламени озябшие руки. – Свадебку сыграем! Девку справную сыскать не трудно! Надежную! Верную! Красивую!
Мысленно простонав, я обеими руками нагреб на себя побольше снега, старательно игнорируя брюзжание своей бородатой няньки. Но как не удивительно, на душе стало гораздо легче – если уж Рикар не падал духом при виде моего состояния, то и мне не следует.
Может и наладится еще всё. Может самое худшее уже позади и вскоре впереди забрезжит свет надежды…
Запрокинув голову назад и уронив затылок на снежную постель, я взглянул на появившиеся в просветах между облаков первые звезды. Вот и закончился еще один день.
Мы совсем недалеко от Пограничной стены, за которой, возможно, находится мое спасение из ледяного плена, больше похожего на смерть.
Сегодня у меня была «сладкая булочка» на ночь. Сладкое обещание, отвлечение от тяжелых мыслей и будоражащее меня предвкушение – Твердь. Легендарная цитадель, построенная гномами по приказу императора. И завтра я отправлюсь на ее исследование, завтра я прикоснусь к этой легенде.
Скорее бы утро…
Я поднял всех, как только забрезжил рассвет.
Поднял безжалостно, но спорить со мной никто не решился – не потому что я их господин. Просто когда спросонья видишь возвышающегося у изголовья твоей постели мрачного воина закованного в полный доспех, в глухом шлеме с узкими прорезями излучающими заметный потусторонний синий свет и пучком длинных извивающихся за плечами сине-прозрачных ледяных щупалец… так вот, сон при виде такого зрелища как рукой снимает.
Зато появляется озноб, а с дрожащих губ срывается едва слышное ругательство или поминание Создателя, либо же Темного. Поэтому будить своих людей я особо не любил. Мало приятного, когда тебя норовят проклясть, а иногда рука еще не опомнившегося со сна воина так и тянется к оружию.
Утро не задалось. Свинцовые зимние облака опустились так низко, что, казалось, вот-вот заденут своими тяжелыми брюхами верхушки заснеженных сосен. С небес сыпался непрерывный мелкий и колючий снежок, не добавляя моим спутникам радости, но и не погружая в печаль – а всё потому, что рачительный здоровяк позаботился более чем об основательном лагере, зная, что мы здесь задержимся.
