– Мне плевать на твою уверенность. Слушай, каким образом и куда отправишь снимки.
Руслан проинструктировал своего помощника. Тот удивился, для чего такие сложности, но, увидев мрачную физиономию главаря, пошел на попятную:
– Я все понял, шеф! Отправлю анкету и тут же на своей машине поеду в Переслав. Из тихого и нового интернет-кафе сброшу снимки по указанному адресу.
Абадзе предупредил:
– После чего адрес уничтожить. И с фото поаккуратней. Не дай бог, они попадут в руки ментов.
Отправив помощника, Абадзе занялся составлением инструкций для бригады Линца – Блондина по подготовке похищения Анастасии Соловениной и установлению слежения за Еленой Казариной.
Казарина в принципе подождет, а вот Соловенину надо брать как можно быстрее. Черт его знает, когда Хан вышлет группу переброски заложниц на свою горную базу? Может, через неделю, а может, дня через три. Впрочем, если надо, то конвой задержится. Главное, чтобы все прошло как надо.
Размышления Абадзе-младшего прервал Георгий Богданов, или, как обычно его называли, – Богдан.
Он являлся надсмотрщиком пленниц, отвечал за их содержание. Только в присутствии Богдана повар Шания доставлял девушкам пищу, которую готовил отдельно от пищи бандитов. И только Богдан, не считая, естественно, Руслана, имел ключи от массивной двери подвала, оборудованного под заложниц, а значит, и доступ к девушкам. Богданов также отвечал за перевод пленниц на яхту, и только после передачи их шкиперу Клинько и старшему конвоя, прибывшего за девушками, он снимал с себя ответственность за безопасность заложниц.
По испуганному виду буквально ворвавшегося в кабинет Богданова Абадзе понял: произошло что-то из ряда вон выходящее, связанное с девушками.
Он крикнул:
– Что, Богдан?
Пытаясь отдышаться, надсмотрщик проговорил:
– ЧП, шеф!
– Что за чрезвычайное происшествие, идиот? Ты можешь говорить понятней?
– Сейчас, шеф, только отдышусь.
– Говори!
– Короче, одна стерва, как ее, Ирина Васильева, дочь декана университета, что взяли месяц назад, изрезала себе лицо и руки!
– Что? Что значит изрезала? Чем?"
"– Дело было так! Давид Шания, как обычно, притащил жратву для сучек.
Я проверил пищу, и мы вошли в подвал. Давид начал раздачу. Первую камеру слева прошли, вторую справа, а когда открыли дверь третьей, то эта Васильева ни с того ни с сего бросилась на нас. Наверное, у нее поехала крыша и она решила сбежать. Я оттолкнул ее внутрь камеры.
