"
"Значит, она точно так же, как Ражный, подошла к разрушенному мосту по бревнам, с них же сошла и поплыла. Если бы не снесло течением, Миля могла бы выйти на берег по тем же остаткам моста и вообще ничего не оставить…
Поведение девственницы не выдавало ни отчаяния, ни истеричности, а напротив, холодный расчет и способности прятать свое присутствие.
Он накрыл единственный след куском коры и поплыл обратно.
Бандерша все еще кричала, окончательно сорвав голос.
– Хватит, замолчите, – сказал Ражный. – Не откликнется.
– Почему?.. Почему не откликнется?!
– Ваша девственница сбежала. – Он сел в машину.
– Зачем?.. Для нее же все обошлось, заплатили деньги!
– Вопрос не ко мне…
Егеря уже вернулись на базу, протрезвевшие и хмурые, не было только двух – старшего Карпенко и Агошкова, отправленных на смолзавод за Кудеяром. Президент поставил в строй и Витюлю как виновника побега, хотя по лесу он ходил плохо и бывало, что плутал в трех соснах, указал на карте кварталы, где следует искать, и отправил эту гвардию за мост по старой дороге.
Бандерша продержалась еще пару часов, привыкшая к бессонным рабочим ночам, однако в десятом стала ломаться – добил потерянный голос. Ничуть не стесняясь Ражного, достала из пудреницы крохотный пакетик кокаина, привычно и с сожалением вытряхнула на лакированный ноготь малые остатки и вдохнула через тонкий, изящный нос. Потом спалила пакетик на огне зажигалки.
– Это последний, – предупредила с внутренним раздражением. – У вас, конечно, здесь ничего не найти?
– Героина почему-то не завозили, – пробурчал он.
– Упущение… Исправим. Завтра вернется Каймак – подбросит пару килограммов.
Через несколько минут она снова была в форме, даже голос поправился. Ражный владел по крайней мере двумя десятками способов, как без специальных средств, наркотиков и алкоголя восстанавливать силы и держаться на ногах в течение нескольких суток, но сейчас не хотел воспользоваться, а пошел к себе и лег спать.
Бандерша осталась на улице ловить кайф…
Проснулся он около трех часов от того, что почуял присутствие в доме еще одного человека.
Лежал лицом к стене, не видел, да и не слышал, что происходит за спиной, однако чувствовал движение, дыхание, короткие, пристальные взгляды.
Он точно помнил, как запирал дверь, и если бы из лесу пришли егеря, не стали бы проникать в дом, к примеру, открыв ставни на окнах или подобрав ключ. Да и несмотря на их временами запойный характер, все-таки они оставались людьми чистыми, в какой-то мере непорочными.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
