Услышав короткие гудки, Сабля повернулся к высунувшемуся из фургона оператору:
– Что случилось?
– Мы вот-вот оставим третий этаж, фюрер. Гвардейцы напирают.
Гнилич наморщил лоб:
– А что происходит в подвале?
Ответить оператор не успел – гулкий взрыв потряс окрестности Замка. Огромное здание вздрогнуло, и Сабля еле удержался на крыше своего штаба.
– Что случилось?!
– Мы взорвали первую сейфовую дверь, – сообщил оператор, прижимая рукой наушник.
Сабля победоносно вскинул руку и тут же поинтересовался:
– Сколько воинов осталось в резерве?
– Двадцать.
– Всех в Замок, на верхние этажи.
Оператор нырнул в машину, а Сабля снова набрал какой-то номер:
– Начинайте!
– Что мы ждем, фюрер? Штурм в самом разгаре! – уйбуй Затычка нетерпеливо заерзал и вопросительно посмотрел на Секиру. – Ударим сейчас, и Амулет наш!
– Мля, Затычка, если ты не завянешь, я из тебя кишки достану. – Секира лениво почесал под мышкой коротким кривым кинжалом и сплюнул в раскрытое окно. – Сабле деваться некуда, сам привезет нам Амулет.
По договоренности с Кувалдой Дуричи перекрыли южное направление от Замка, поэтому Секира, Затычка и еще четыре бойца уже полтора часа ожидали фюрера Гниличей на Ленинском проспекте. Громадный «Юкон» был припаркован у пересечения с улицей Удальцова, а сам Секира постоянно получал информацию о происходящем у Замка от разведчиков.
– А если не нам, а Кувалде? – Маленькие черные глазки уйбуя вперились в лицо фюрера. – Если Сабля поедет в другую сторону?
Секире очень не понравилось, как Затычка пялился на зеленый чертополох, украшавший его левую скулу.
В последнее время по клану поползли слухи, что уйбуй перестал почтительно отзываться о личности фюрера и даже назвал его полукровкой…
– Что мы будем делать тогда? – не отставал Затычка.
– А тогда, – медленно ответил Секира, – его перехватят ребята уйбуя Задиры, которые следят за Кувалдой.
– Я ничего не знал об этом! – совершенно некстати сообщил Затычка.
Секира спокойно спрятал кинжал в ножны и с легкой усмешкой посмотрел на зарвавшегося уйбуя:
– А ты и не должен был.
Нетерпеливый и глупый Затычка сам подписал себе приговор. Фюрер уже знал, кого в предстоящей перестрелке он убьет в первую очередь.
– Но если Задира следит за Кувалдой, – продолжал размышлять уйбуй, – то нас могут пасти Шибзичи.
– Могут, – пожал плечами Секира и с сожалением вздохнул. – Я никогда не доверял одноглазому.
Уйбуй Тарелка опустил бинокль и медленно покрутил затекшей шеей.
