Колдун успеет нас засечь и атакует первым. Я сделаю быстрый переход максимум на двоих.
– С тобой пойду я, – резко выдохнул Мечеслав. – Не спорь, де Гир, это личное.
– О’кей, – поднял ладони капитан, – а мы?
– Вы прорываетесь по лестнице, – пожал плечами Сантьяга, – и ликвидируете охрану.
Чуд задрал голову:"
"– Двадцать пять этажей пешком?
– Мы вас подождем, – успокоил его комиссар. – Необходимо ударить одновременно, поэтому, как будете готовы, звоните.
– Понял.
Сантьяга оглянулся:
– А вот и последний штрих.
Союзники уставились на подъехавший «Круизер».
– Что это? – спросил Мечеслав.
– Не что, а кто, – поправил его нав, – мой друг.
Он крепко пожал руку вышедшему из джипа Кортесу.
– Вы привезли фотографа?
– Привез.
– Надеюсь, он жив? – нахмурился Сантьяга, озабоченно разглядывая полулежащего на заднем сиденье Юшлакова. – Мы договаривались, что вы не станете его убивать.
– Все в порядке, – заверил наемник, – он просто спит.
– Замечательно. Полиция за вами следила?
– От самого дома, – улыбнулся Кортес, – я от них не отрывался.
– Правильно. – Сантьяга внимательно посмотрел на человека. – Де Гир доставит фотографа наверх. Вы пойдете с ним?
Кортес задумчиво почесал кончик носа.
– Яна там?
– Там.
– Тогда пойду.
– Капитан, – Сантьяга повернулся к чуду, – позвольте вам представить моего друга Кортеса.
* * *Резиденция Вестника
Москва, улица Новый Арбат,
28 июля, среда, 11.15
– Чрезвычайное происшествие в Москве. Несколько минут назад неизвестный террорист сообщил по телефону о заложенной на Киевском вокзале бомбе огромной разрушительной силы.
В настоящее время спецподразделение управления полиции оцепило вокзал и проверяет здание, включая содержимое всех ячеек камеры хранения…
Голос был тонкий и противный. Он визгливым сверлом проникал в мозг, причиняя почти физическую боль. Откуда взялся этот голос? Последнее, что помнил Артем, была Лана. Прекрасная, обворожительная Лана. Кажется, она дунула ему в лицо каким-то порошком. Или поцеловала? Нет, целовала она его раньше, губы еще хранили горький вкус ее ласк, и Артем с ужасом вспомнил, что рассказал обольстительнице все.
И даже отдал Амулет.
– Хватит ерундой заниматься, – донесся раздраженный мужской голос, и тонкий голос затих. – Когда он придет в себя?
– Скоро.
Приятный глубокий голос принадлежал Лане.
– Когда скоро?
– Он уже притворяется.
Артем нехотя открыл глаза.
– Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросила девушка.
– Отвратительно.
Голова буквально раскалывалась на части.
