– Я могу высказать пару предложений?
Великий магистр утвердительно кивнул.
– Текущий кризис так или иначе затрагивает интересы всех Великих Домов, – не спеша начал комиссар. – Вестник пришел, чтобы уничтожить нас, и будет добиваться этого любыми способами. Мы знаем, что он должен был возглавить Великий Дом Людь. Почему этого не произошло, непонятно, а значит, вполне вероятна ситуация, что армия Зеленого Дома встанет на его сторону.
Рыцари громко выдохнули: после потери Карфагенского Амулета война с Великим Домом стала бы форменным самоубийством.
"
"– Поэтому очень важно знать, может ли Темный Двор полностью положиться на Орден? Поддержите ли вы любое наше решение?
– Если оно не нанесет вреда Ордену, – немедленно отозвался великий магистр.
– Разумеется, – успокоил его Сантьяга. – Границы нашего союза мне прекрасно известны. Кроме того, я прошу не пороть горячку в отношении Красных Шапок. Челы взбудоражены штурмом, и лишняя реклама нам не нужна.
– Тебе легко говорить! – крикнул Нельсон. – Но на их руках кровь Чуди…
– И Нави! – резко бросил комиссар. – Час назад Красные Шапки убили моего помощника – Ортегу!
Наступила зловещая тишина. Убийство нава было редчайшим событием в Тайном Городе и всегда сурово наказывалось. Тем удивительнее было то, что на этот раз Темный Двор не торопился с местью.
– Нам нужны не Красные Шапки, а Вестник, – закончил нав. – В его сердце слишком много силы, и вырвать его мы можем только сообща.
– Мы не станем разворачивать полномасштабные боевые действия без согласия Темного Двора, – произнес де Сент-Каре.
– Это мудрое решение, – склонился в поклоне Сантьяга.
– Капитан де Гир будет представлять интересы Ордена и осуществлять оперативную связь, – твердо продолжил старик. – Он должен быть в курсе всего происходящего.
– Разумеется, – снова поклонился нав. – А теперь я хотел бы услышать подробнейший отчет о вашем бое с Вестником.
В свете предстоящих событий эта информация весьма важна.
* * *Москва, улица Покровка,
27 июля, вторник, 10.26
Покровка была перекрыта полностью. Вместо трех полос действовала только одна, и улица была забита машинами по самую Старую площадь. Автомобили были везде: на тротуарах, на встречной полосе, во всех окрестных дворах и переулках. Вставшие на прикол водители активно нервничали, подкрепляя громкую ругань истошным гудением клаксонов.
