Он все держал в руках, контролировал каждую мелочь, за один-единственный прогул с заводов увольняли, за пьянку увольняли с «волчьим билетом», но он так хорошо платил, что слухи об этом распространялись быстрее, чем журналистские повизгивания о том, что он «чудовище новой России, танк в лондонском костюме, черная дыра, засасывающая деньги, людей и сам воздух», и им верили больше.
Марта понятия не имела, что Данилов строит дом для Тимофея Ильича Кольцова.
— А зачем ему дом, — спросила она, вспомнив все это, — или в Швейцарии земли не хватает? Данилов пожал плечами.
"
"— Я никогда его не видел. То есть, конечно, видел по телевизору, — тут же уточнил он, и Марта усмехнулась, — несколько раз приезжала его жена. Очень приятная. Сказала, что у них двое маленьких детей, они с ними видятся только вечером, а на Минском шоссе такие пробки, что не проехать. У них сейчас дача в Назарьеве.
— Было бы странно, если бы у них была дача в деревне Анискино, — заметила Марта.
— Или в селе Хлобыстино.
— Мне нравится этот дом. — Данилов улыбнулся — У меня получился отличный дом. Мартышка. У меня давно не получалось ничего подобного.
— Данилов, ты отличный архитектор, — сказала Марта с раздражением, — то, что ты не великий писатель, как твой отец, совершенно не означает, что ты ничего собой не представляешь.
Она сказала ему то же самое, что Лида накануне по телефону, но почему-то у него не возникло немедленного желания выскочить из комнаты, сославшись на то, что ему срочно нужно принять душ или сходить в булочную.
Или он просто привык к тому, что Марта всегда говорит то, что отвечает его самым трудным и тайным мыслям, но как-то так, что он не пугается до полусмерти?
— Я просто хочу показать тебе этот дом, — повторил он с некоторым нажимом, чтобы она поняла: углубляться в обсуждение темы отцов и детей не стоит. — Это по Рижскому шоссе. Пятьдесят третий километр. Поедем?
— Кофе брать? — осведомилась Марта.
— Ты же через полтора часа оголодаешь, — сказал Данилов, — так что бери.
— Можно подумать, что ты не оголодаешь, — фыркнула Марта.
Она налила в чайник воды, рассеянно сунула свою кружку в раковину и ушла в коридор.
— Данилов! — закричала она оттуда. — Можно я надену твою дубленку?
— Да! — крикнул в ответ Данилов.
Она вернулась и оттеснила его от кофейника.
— Я сама заварю. Иди собирайся.
