Такого сюрприза Данилов не ожидал.
— У какой бабы? Веник отвел глаза.
— Аська, зараза… Короче, выгнал я ее. Она ушла. А я к бабе пошел.
— К какой бабе?!
Все в том же трагическом порыве Веник схватил свой портфель, покопался в нем, вытащил какую-то газетенку, перегнутую в четыре раза, и ткнул пальцем в середину страницы.
— Вот. — Глаза он отводил и вообще пытался отвернуться.
Очень заинтересованный, Данилов приткнул свою кружку на кучу бумаг и взял газетенку.
«Любовь втроем, — было написано в объявлении, — две очаровательные девушки ищут партнера, пылкого молодого человека б.
к. для совместного досуга».
— Что такое б.к.? — спросил Данилов, таращась в газету с первобытным изумлением.
— Без комплексов, — буркнул Веник.
— А ты б.к.? — осведомился Данилов.
— Ну да, — неуверенно сказал Веник, и тут Данилов захохотал так, как не хохотал никогда в жизни. Даже кружка поехала с бумаг, и он подхватил ее.
Немного кофе выплеснулось от того, что Данилов хохотал как сумасшедший, и он опять пристроил кружку на стол.
— А что такого? — задиристо спросил Веник. — Что ты ржешь? Я человек современный, пресыщаюсь быстро. Мне все время хочется чего-нибудь… надо же испытывать острые ощущения, пока еще…
— Ну, как ощущения? — спросил Данилов, перестав хохотать. — Достаточно острые? Ты пробыл там до утра?
— Да, — хмуро сказал Веник, — у меня деньги были, я сразу за ночь и заплатил…
— Ты по этому телефону звонил?
— А ты что, — вскинулся Веник, — проверять хочешь?
— Нет, — сказал Данилов, — не хочу.
Что тут проверять, все и так понятно. Считай, что свои десять тысяч ты отработал. У меня еще один вопрос, бесплатный.
— Ну?
— Куда ты дел мои очки?
— Какие еще очки?
— Ты приехал ко мне, чтобы пересидеть, когда твоя Ася вернулась за вещами. Ты смотрел хоккей и взял у меня очки. Как они потом попали в мой офис?
— А-а… я же их тебе привез, когда на следующий день заезжал или через день, что ли. Ты ко мне пристал с этими деньгами, я очки на стол бросил и ушел. Я отдать хотел, а ты как начал наезжать, вот я их и бросил!
— Ясно, — подытожил Данилов, одним глотком допил кофе и с сожалением поднялся.
"
"Уезжать — как уходить на войну — ему не хотелось. Рассказ Веника подтвердил все, о чем он уже догадался, и это означало только одно — самое худшее впереди.
— Хочешь, я тебе анекдот расскажу? — спросил он у Веника. — Институтских времен, как раз про тебя. Приходит мужик в бордель, смотрит прейскурант и видит — страстная испанка.
