— Так у ней под счёт всё, да своих работников с полдюжины, нет резона в каморке над записями сидеть да по сто раз за дураками пересчитывать, — явно честно и совершенно точно гордясь ученицей ответила Домна. — Вот и помогает мне, чтоб без дела-то не скучать.
То есть ключница, если не самый главный, то уж точно в тройке лидеров из дворни, просто так ходила помогать зав.столовой. Вот тебе и теория управления, вот тебе и серые кардиналы.
— Умницы, ещё раз повторю. За службу вашу добрую и честную благодарю от сердца.
Что каждой из вас надо, да той ещё, что под восточной стеной службу несёт сейчас, скажете. Смогу — найду и дам. Молока птичьего только не просите, девоньки — кур доить не обучен, — неловко пошутил князь. Но по лицам всех за столом и вокруг было понятно — не поверили. Этот, по их твёрдому мнению, мог кого угодно выдоить.
— Гнат, эту морду лаком покрыть, высушить, тряпками обернуть да чтоб завтра весь город знал. Антип, поможешь?
— Если дозволишь, батюшка-князь, воевода тайным ходом под стену подворья вынесет, из рук не выпуская покажет, а я соберу вокруг десятка три самых глазастых да шустрых.
Коли жив тот, что на бересте намалёван, да по городу ходит — до обедни сыщем, — внимательно изучая портрет, отозвался Шило.
— Ладно. Гнат, сделай. Ещё вот что, други. Надо мне найти Пахома Полоза. Слыхал ли кто о таком? — спросил князь.
Изменившиеся лица всех мужиков, включая даже Гарасима, что было и вовсе уж неожиданно, давали понять, что про упомянутого Пахома в горнице не знали только мы со Всеславом.
Глава 23
Поймать змею
История выходила наипоганейшая. Слушая байки и сказки, что выдавали нетопыри, молодой и старый, а главное — Антип Шило, которому почему-то верилось даже больше, чем Рыси, Всеслав наполнялся яростью. И дело было даже не в том, что под ударом этого полулегендарного персонажа оказался он сам и его семья.
Я же вспоминал истории из далёкого будущего, читанные в книгах и виденные в кино, но в основном — из газет и из выпусков «Последних известий» в девяностые годы.
Тогда грустно шутили, что новости каждый день и вправду могли стать последними, без всяких кавычек. Те, кто имел несчастье наблюдать по всем каналам «Лебединое озеро», меня поняли бы. Но в этом времени таких не водилось. Поэтому для них, не искушённых иными средствами массовой информации, кроме баб на торгу и пристанях, было труднее поверить в такие страшные байки.
