То, что ее ответ ему не понравился, было видно по его раздувающимся ноздрям.
— В это время и в этом месте я позволю себе не согласиться. У нас медовый месяц. Все должно быть только о нас с тобой. Нет места ни для кого другого.
— Если хочешь знать, я не думала, что окажусь здесь при таких обстоятельствах, — неохотно призналась она.
На долю секунды он выглядел растерянным. Затем его лицо напряглось.
— А, ты вообразила, что ты здесь с кем-то другим! Возможно, твоим бывшим женихом? Ты ведь была помолвлена когда-то, не так ли?
Ее взгляд метнулся к нему, ее глаза расширились, прежде чем она вспомнила досье, которое он упомянул.
Он знал о Пьере.
— Зачем мне потребовался отчет о твоей прошлой жизни? — Он пожал плечами, но бескомпромиссное выражение его лица не исчезло. — Это было вызвано не праздным любопытством.
— Так зачем?
— Ты поддерживаешь с ним связь? — спросил он, игнорируя ее вопрос.
Вспомнив его ответ на ее собственный вопрос о присутствии его прошлых любовниц на их свадьбе, она разозлилась.
— Не все отношения заканчиваются полюбовно, — отрезала она, а затем пожалела, что не сдержалась.
— Что случилось? — с любопытством спросил он.
— Если я скажу, что не хочу об этом говорить, ты просто не отстанешь от меня?
— Нет, я отстану от тебя, но это останется загадкой. А я не люблю загадок.
От легкого высокомерия, с которым он сделал это заявление, она должна была возмутиться. Но все же та простая истина, что он демонстрировал свой характер и не пытался надеть овечью шкуру на свою волчью натуру, смягчила ее гнев.
— Если хочешь знать, он предал меня всеми мыслимыми способами, какими мужчина может предать женщину. Я обнаружила, что у него не было намерений отказываться от своих привычек. Никогда. Я полагаю, плейбой всегда остается плейбоем?
— Надеюсь, тебе не пришла в голову глупая идея мазать нас одной и той же кистью? — ледяным тоном спросил он.
— Ты хочешь сказать, что все плейбои сделаны из одного теста? — парировала она.
Если она ожидала сардонического ответа, то была разочарована.
Во всяком случае, Джавид выглядел еще более недовольным, глядя на нее, его глаза сузились.
— Я позаботился о том, чтобы ни одна женщина в мире не говорила обо мне с таким пренебрежительным осуждением.
— Ты уверен?
Его губы сжались.
— Мои отношения никогда не заканчивались обвинениями в обмане или в нарушении обещаний.
— Значит, это их вина, если их ожидания ранят их сердца или чувства?
Насмешливая улыбка ненадолго вернулась.
