Гости ахнули от восторга, когда она вернулась в огромный бальный зал, который был украшен для проведения этой части свадьбы.
Барабаны и тарелки возвестили о ее прибытии, и она, войдя в комнату, обнаружила дюжину мужчин-барабанщиков, выстроившихся по одну сторону ковра, и такое же количество женщин, ритмично щелкающих тарелками, по другую. Но, как обычно, именно величественная фигура Джавида и его проницательный взгляд привлекли все ее внимание.
Он тоже переоделся, и традиционная черно-золотая куфия подчеркивала каждый контур его великолепного тела.
Он просто смотрел на нее, притягивая ближе своими глазами. И когда она подошла к нему, он снова взял ее за руку, и вместе они подошли к похожим на трон креслам, установленным на возвышении в дальнем конце гигантского бального зала.
Три часа спустя Анаис уже боялась, что ее улыбка навсегда застыла на месте. Она танцевала, изредка делала глоток шампанского и ела изысканные блюда, просто чтобы не привлекать к себе лишнего внимания слуг. Но весь вечер тяжелый комок в ее желудке неуклонно увеличивался, превращаясь из камня в свинец.
Ее дальние французские родственники уехали несколько минут назад, и Лорен, единственный человек, к которому она испытывала искреннюю симпатию, находилась в другом конце зала с мужем и Джавидом. Женщина, которую Джавид представил как свою мать, стояла рядом с другой группой людей, и, пока Анаис размышляла, почему Джавид активно игнорировал ее, а пожилая женщина бросала на него страстные взгляды, ей неожиданно пришла в голову одна мысль.
Воспользовавшись возможностью отвлечься на несколько минут, Анаис с вежливой улыбкой извинилась перед своими собеседниками.
Еще на репетиции она узнала, что здесь есть роскошно обставленная туалетная комната, предназначенная исключительно для нее и Джавида. Она поспешила к коридору, ведущему в это благословенно тихое место, и не слишком удивилась, обнаружив, что Фаиза направилась за ней.
— Все в порядке, ваше величество?
Анаис кивнула и ускорила шаги, стремясь избавиться от мыслей о том, что увидели ее глаза.
Внутри она подошла к раковине и ополоснула руки под прохладной водой. Когда и это ее не успокоило, она повернулась к своей помощнице.
— Эти женщины — глава какого-то государства в зеленом платье и посол с рыжими волосами. У них у обеих были романы с Джавидом, да? — спросила она, буквально проталкивая слова сквозь странно онемевшие губы.
Глаза Фаизы расширились, но, к ее чести, она не стала притворяться, что не знает.
