А еще через мгновение корни вновь начали двигаться. Но вместо того, чтобы продолжать подниматься из-под земли, расширяя ход, они поползли назад.
Нет, так дело не пойдет!
Я метнулся к ним, ухватив ближайший корень левой рукой, изрядно запачкав его своей кровью. Ухватил и почувствовал под пальцами дрожь — будто живое испуганное существо.
Или не будто.
Ха!
Башня была живой, как я и думал. Живой и, вероятно, разумной.
— Открой ход! — приказал я ей. — Открой и пропусти нас к себе, или я раскрошу все твои корни, как вот этот, — с этими словами я сдавил пальцы чуть сильнее и живой камень корня легко распался в песок.
Глава 22
— Это так не работает, — полушепотом произнесла Амана за моей спиной. — Нельзя подчинить Корневую башню угрозами.
Я не ответил. Льзя или нельзя, но мне казалось, будто существо, частью которого были эти корни, колеблется.
Передвинув левую руку выше, к той части корня, которую я еще не разрушил, я слегка сжал пальцы, в этот раз как предупреждение. Из пореза на запястье продолжала сочиться кровь, теперь превращаясь во что-то, напоминавшее комки паутины.
— Я жду, — напомнил я Башне и для убедительности прижал к корню еще и лезвие топора."
"Страх — я ощутил его так отчетливо, будто эмоция была моей собственной. Хотя нет, я не мог припомнить ни единого случая с момента пробуждения на поле битвы, когда я по-настоящему боялся. А это чувство было сильным, ярким, совсем не моим.
Корень под моими пальцами шевельнулся. Потом начали двигаться остальные корни, поднимаясь над землей.
Ход продолжил расширяться.
Угроза сработала.
Через несколько минут мы стояли перед высоким и широким проходом — достаточным для трех человек, идущих в ряд. Воздух оттуда дышал влагой и холодом.
Я бросил быстрый взгляд на Аману. Она смотрела вперед с видом человека, смирившегося перед ликом чего-то непостижимого.
— Ход не закроется с нами вместе? — спросил Кастиан привычным мрачным тоном.
Я вновь положил руку на ближайший корень, вслушиваясь в чувства Башни.
Все же она ощущалась скорее как примитивный зверь, неспособный притворяться в своих чувствах, чем как человек или иное разумное, хитрое и коварное существо. Ее эмоции были открыты.
— Нет, не закроется, — сказал я уверенно. — Башня слишком сильно меня боится.
Кастиан пробормотал себе под нос что-то — насколько я мог расслышать — не особо для меня лестное, и добавил громче:
— Ну пойдем тогда. Чего еще ждать?
Разумно.
