Чувствовала ли я когда-нибудь себя так хорошо и плохо одновременно?! Нет. Однозначно никогда. Одна часть меня взмывает в небеса от счастья, будоражащего душу, другая горит адским пламенем от осознания своей расчетливости и подлости.
Вдыхаю носом его запах, словно он, как обезболивающее, может заглушить болезненные ощущения и отложить муки совести на потом. Еще раз. Возможно, это самовнушение, но мне помогает.
Отстранив меня немного и приподняв мое лицо за подбородок, Дима смотрит на меня долго и пытливо, а мне стыдно даже взглянуть на него.
Я кусаю губы, поскольку уже на грани эмоционального взрыва. Если он увидит мои блестящие от слез глаза и начнет спрашивать, то не уверена, что смогу молчать или врать. Я просто выложу все на чистоту.
Как хорошо, что его сейчас больше волнуют не мои глаза, а губы. Парень припадает к ним, как к источнику измученный жаждой человек. Он будто пьет меня... Пьет жадно и торопливо. До умопомрачения, до сгибающихся коленок, до сумасшедшего жара, который накрывает нас, иссушая и требуя еще большего.
Я понимаю, что могу сколько угодно продолжать себя обманывать, но то, что происходит сейчас, происходит не на спор. Точно также как и прошлые наши поцелуи -это поцелуй двух людей, которые хотят раствориться друг в друге, и мне становится страшно оттого, что мы уже настолько заведены, что плохо соображаем, где тормоза. А еще мы вдвоем в пустой квартире и оба знаем это. Опасные сочетания. Особенно когда его рука, переплетаясь с моими волосами, крепко держит меня, не давая даже теоретической возможности оторваться от губ, а другая, устроившись на талии, впаивает в свое возбужденное тело; особенно когда мои руки, живя своей жизнью, уже забрались под его футболку и скользят по твердым мышцам спины, и я предательски выдаю свое желание продолжить начатое вырывающимися стонами изо рта в рот.
..
Собираю лохмотья здравого смысла, зашиваю их наспех, пока еще в состоянии это сделать, и, резко оттолкнув его, срываюсь из кухни, и уже у двери кричу:
- Пойду надену джинсы.
Когда мы паркуем байк на стоянке возле Макдоналдса, я ошарашенно смотрю на
Диму.
- Ты серьезно?! В Мак?!
Усмешка кривит его губы, в глазах пляшут дразнящие чертики, и он кивает.
Жесть! Я не ела эти исчадия калорий даже с девчонками в элитной бургерной «Ketch Up», а тут «McDonalds» - сомнительный общепит. Мое лицо видно выдает мысли, потому что Дима смеется и, поймав меня за талию предположительно для того, чтобы я не сбежала, тянет в направлении двери.
