Порой даже не верилось, что все происходящее не снится мне. Меня не омрачал ни постоянный недосып из-за того, что ночью мы находили дела поважнее и приятнее сна; ни экзамены, которых я побаивалась, поскольку впервые отнеслась к учебе не слишком серьезно; ни защита диплома. Я радовалась каждому дню, каждой минуте, проведенной с ним.
Ключи от Витиных апартаментов мне пришлось вернуть, когда неожиданно брат вспомнил, что я так этого и не сделала, и мы переместились в квартиру Димы. Благо было лето и девчонки с бабушкой, наконец вернувшейся из больницы, уехали на дачу.
Нам предоставили возможность носиться полуголыми по комнатам и шуметь сколько хотим.
В выходные мы их навещали, но меня не слишком вдохновляли условия дачной жизни, где удобства были в виде деревянной будки на улице с неописуемым ароматом уже на подходе и убийственной картиной внутри, шокирующей такую брезгливую особу, как я; где помыться представлялось возможным только в бане или в тазике на кухне; где комары атаковали меня, словно я была их любимым эксклюзивным лакомством.
К тому же, стесняясь бабушку, приходилось сначала идти в комнату к девчонкам, а потом, когда все уснут, красться к Диме по скрипучим половицам, которые пытались довести меня до сердечного приступа. А спать без него я уже не хотела и не могла. Слишком привыкла к тяжелой руке, прижимающей к матрасу, к его телу, спаянному с моим, к поцелуям по утрам, перерастающим во взрывоопасную жажду...
Нет, конечно, были некоторые минусы и кроме выходных в деревне.
Иногда мне хотелось не просто дефилировать по квартире в рубашке Димы или, выискивая в гардеробе самые скромные вещи, отправляться на дачу; а вырядиться в умопомрачительное платье, нацепить высоченные каблуки, сделать яркий макияж и провести вечер в ночном клубе или ресторане, но он отказывался идти, поскольку платить за увеселения пришлось бы мне, а ему это претило. Вдобавок на днях родители поставили условие, чтобы я познакомила их с тем, кто, по их мнению, не спросив, украл их дочь, и это не на шутку беспокоило меня.
Дима, нависнув надо мной и, вытащив соломинку из волос, спрашивает:
- Поедем обратно или еще полежим?!
Я, вдохнув пьянящий запах скошенной травы, сажусь и начинаю собирать раскиданную одежду.
- Поедем. Нам сегодня к моим на ужин. Помнишь?
- Помню.
Начинаю надевать белье и усмехаюсь, размышляя: почему мужчины устроены только на одну функцию - раздеваться девушек?! Я так разомлела, что мне бы сейчас не помешала встречная - одеть.
