— Нет, нет, я случайно…
— За случайно знаешь, что делают отчаянно? — Новая фраза. От которой мои щеки становятся пунцовыми.
Новый треск моего многострадального платья. Кожу обдает холодным воздухом, на ней появляются мурашки. Я жмурюсь. Вырваться нет никакой возможности. Он меня зафиксировал так, что даже не дернуться. Неужели все так и произойдет? Мой первый раз. С бандитом. В сомнительном месте. Из глаз начинают катиться слезинки. А ведь я мечтала совсем иначе.
Вздрагиваю, когда его палец прикасается к ребрам.
Слегка скользит. У него такая горячая кожа, он как будто ожог от прикосновения оставляет. В месте, где у меня татуировка. Очень для меня значащая.
— Что обозначает? — Спрашивает отрывисто.
— Это абстракция, — выдаю тихо. Хотя куда ему понимать. У него в голове только одно — завалить бы кого-то да порезвиться. — Парень был? Распечатал уже тебя?
От его вопроса я впадаю в ступор. О чем он спрашивает? Я не понимаю. Молчу. Не знаю, что отвечать.
— Невинная или кто-то побывал?
Щеки краснеют вновь.
В голову закрадывается надежда, что если он узнает, что у меня никого не было, то отпустит. Пожалеет. Он же любит опытных. Чтобы партнеров много. Так говорят. Что он только таких заказывает.
— Невинная, — выдаю на одном дыхании.
— Охуеть подгон, — выдает в ответ, и я понимаю, что это все… Он не отпустит…
Глава 2
Треск ткани заставляет подпрыгнуть. Я быстро из лежачего положения в сидячее перехожу. Хватаю ртом кислород. От возмущения даже дар речи пропал.
— Это было мое платье! — Выдаю хрипло.
Глаза распахнуты до предела. Этот… Этот… Зверюга! Платье мое просто пополам разодрал! Я сейчас сижу в двух лоскутках ткани, которые грустно свисают по сторонам. И в нижнем белье. — А вы его испортили!
— Ты тачку мою, когда портила, так же переживала? — Снова кривит губы в этой усмешке. Я немного тушуюсь. Он снова напоминает о моем косяке.
— Значит мы в расчете? — Метаю в него взглядом. Сама понимаю, что ничего подобного. Но попробовать то можно? Надежда на спасение все еще греет душу.
Я надеялась на его милосердие, но моя невинность его ничуть не смутила. Даже наоборот… Вон как озверел.
Прикрываю руками грудь. Мой бюстгальтер полупрозрачный. Мало что скрывает. Об этом я вспоминаю, когда глаза мужчины вспыхивают. Очень опасно и предупреждающе.
— Забавная, — произносит Суровый. Растягивает это слово. Интонациями играет."
"Я же сильнее обнимаю себя за плечи. Не отпустит. Он меня не отпустит. Нужно что-то думать. Как-то выбираться.
