— Таблетки для памяти в помощь, или ты за этим и пришла?
— Демьян, — ее голос становится тише, а у меня внутри всё от ядовитой ревности обжигает, — я соскучилась.
— Твои проблемы, это всё? Тогда свободна.
— Суровый! — А вот теперь она выкрикивает в сердцах. В голосе слышится отчаяние. — Прекрати! Мы ведь можем нормально поговорить? Неужели я не заслужила?
— Ты что-то перепутала, Динара, заслуживать нужно у другого. Забыла, чью койку греешь? Тогда таблетки точно нужны.
— Ты своего добился, слышишь?! Я ревную! Ужасно ревную.
Как увидела тебя с ней, так и сгораю от ревности! Ты же знаешь, только скажи и я вернусь. Всё брошу.
— Что, бабла лишил? Или на ком-то другом застукал, что так отчаянно помощи ищешь?
— Ублюдок! Ненавижу! — Шипит яростно. — А ты со своей шлюхой счастлив?! Ты ведь её притащил, чтобы меня позлить, да?!
Внутри всё сжимается. Пульс зашкаливает настолько, что мне дурно становится.
Вздрагиваю от громкого звука, как будто что-то об стену ударило.
— Ты слова подбирай, шлюха здесь одна, и мы оба знаем её имя.
Ещё раз про неё так скажешь, и я не посмотрю на свои принципы — баб не трогать. Размажу по стенке. Уничтожу. Ты пожалеешь, что в сове время со мной связалась. Усекла?!
Даже мне становится страшно от его тона. Я понимаю, что не угрожает. Озвучивает всё, что сделает. Не шутит. Правду говорит. Наверное, мне страшно быть должно за себя. Должно появиться желание бежать сломя голову. А не появляется. Сердце кувырок назад делает и колотится как ненормальное.
— Я… я дышать не могу… — Динара хрипит.
— Не слышу ответа.
— Усекла, я усекла…
— Вот и отлично, на всякий случай для мотивации. У меня есть видео, которые не понравятся твоему спонсору. Так что обдумывай каждый свой шаг, Динара. Голова не только для того, чтобы хуи сосать.
Глава 32.1
Я не успеваю даже отойти на несколько шагов. Всё происходит слишком быстро. Динара проносится мимо меня пулей. Притормаживает, лишь когда меня боковым зрением замечает. Смотрит взглядом полным ненависти и презрения. По красивому лицу ручейками текут слёзы, размазывая косметику.
Никогда не была сукой, по крайней мере, никогда себя таковой не считала. Но сейчас хочется злорадствовать. Поговорила?
— Белоснежка, — слышу хриплый голос над ухом. Демьян вышел следом. Меня заметил. Он прерывает наш зрительный контакт с Динарой.
Я отвожу взгляд, поворачиваюсь к мужчине.
— Я всё слышала, — произношу в ответ, — не специально, просто тебя искала.
— Значит, лишних вопросов задавать не будешь.
