Потому что меня защищал? Значит… Не только у меня всё пошло не по плану? Не только для меня всё это стало серьёзным?
Я даже не напрягаюсь, когда машина Сурового заезжает на территорию его дома. Я как будто знала, что мы приедем сюда. Со всем этим стрессом и открытиями я совершенно перестала его бояться.
— Как ты себя чувствуешь? — Этот вопрос от Демьяна кажется очень странным. Я не привыкла к такому заботливому тону.
— Нормально, немного ещё холодно, но в целом…
— Сейчас согреешься, пошли.
Не успеваю спросить, как и куда, как мужчина уже открывает дверцу с моей стороны.
Подаёт руку, и я согласно её сжимаю и выхожу из автомобиля. Я послушно следую за мужчиной, шок всё ещё никуда не уходит. Я просто знаю, что рядом с ним безопасно. Не знаю откуда, может, потому что он жизнь мне спас не так давно.
Суровый заводит меня в ванную комнату. Я же не понимаю для чего.
— Сейчас принесу полотенце и халат, думаю с водой сама разберёшься, там ничего сложного.
Растерянно поворачиваюсь в сторону душевой кабинки.
Сердце заходится в дикой пляске, когда Демьян выходит из ванной комнаты. Мне тут же становится страшно и тревожно. Снова начинаю дрожать.
Мужчина возвращается в комнату спустя несколько минут. И правда приносит огромное белоснежное полотенце и халат. Оставляет это всё на столешнице у огромного зеркала. А я понимаю, что он сейчас снова уедет и я останусь одна. А я не хочу. Не хочу оставаться одна. С ним спокойно и безопасно. — Не торопись, согрейся, я пока сделаю несколько звонков.
— И разворачивается, чтобы уйти, а моё сердце снова начинает бешено колотиться.
— Подожди, — произношу хриплым голосом, — не уходи. — Облизываю пересохшие губы, но не нервничаю. Мне почему-то всё кажется логичным и правильным. Ещё никогда я не была так уверена в том, что делаю.
— Хочешь, чтобы я посмотрел? — Демьян прищуривается. Понимаю, что это сарказм, и он хочет, чтобы я покраснела и выгнала его сама отсюда.
Я лишь делаю шаг назад. Уверенно скрещиваю руки и, схватив полы кофточки, просто тяну её вверх.
Откидываю в сторону и смотрю ему в глаза. Вижу, как они темнеют. Шутить Демьян больше не хочет.
— Ты я вижу не понимаешь, что это плохо закончится. С выдержкой у меня хуёво.
Я же не останавливаюсь, расстегнув пуговку на штанах, наклоняюсь и стягиваю их с себя. Стою перед Демьяном в одном нижнем белье. Кожа покрывается мурашками. И это не от холода. А от того, каким взглядом он смотрит. Голодным. Желанным.
